0
0Человек был в ботинках, похожих на его собственные «Даннерсы», а вот нижний край брюк, которые он видел, был другим.
– Сержант, ко мне…
В американской и русской армии слово «сержант» произносится одинаково, и он подумал, что обращаются к нему. Но обращались не к нему.
– Ты его так связал?
– Так точно, тащ подполковник.
– И нахрена ты так связал?
– Как учили, тащ подполковник, козой.
– Мудак. А если бы он задохнулся? Пленные на обмен нужны.
– Прошу простить, тащ подполковник.
Дышать сразу стало легче, ноги тоже перестали болеть.
– Пиндос, что ли?
– Он самый, тащ подполковник.
– Богатый кабанчик?
– Да было немного.
– Немного… Короче, слушай приказ. Что взяли – заныкай и держи при себе. На халяву и г…о – конфета. Этих гавриков… видишь «КамАЗ»?
– Так точно.
– Грузишь и дуешь в аэропорт. Там спросишь комендача, полковника Никольского. Сдашь ему под роспись пленных и обратно… Ништяки не сдавай, заныкай куда-то. Нигде не задерживайся…
– Так точно. Тащ подполковник, там еще блоки какие-то. Машины под завязку набитые.
– Видел. Я уже фейсов вызвал, пусть разбираются.
– Так точно.
– Бегом…
Какое-то время сержант лежал на земле, потом его с двух сторон подхватили под руки, повели и втолкнули в высоченный грузовик, стоящий на дороге. Внутри грузовик был бронированный, скрытое бронирование под тентом.
– Шесть!
– Последний.
Глаза немного отошли, полог тента был открыт, и он видел всё – колышащийся белый свет над дорогой, дым где-то вдалеке, дорогу, стоящий позади русский бронированный джип с пулеметом, на нем, на высоком хлысте антенны, был странный флаг. Не бело-сине-красный, русский, а черно-желто-белый…
– Трогаем!
Кто-то постучал в кабину водителя, бронированная машина начала разворачиваться на шоссе.
– Что слышно?
– Говорят, десантура уже к Банковой прорвалась.
– П…ц бандерлогам…
– Да… щас с ними за всю их фашню разберутся. Кто не скачет, то москаль, на… Вот они-то у нас поскачут…
– Повзор!
– Я!
– Метлу привяжи.
– Есть…
– И за «мясом» следи. Сбежит еще…
– Так точно…
«Мясом» русские десантники почему-то называли натовцев.
Два года спустя.
Поезд Киев – Днепропетровск.
7 июня 2019 года"
"С чего начать…
В теории игр есть такое понятие игра – с нулевой суммой. Это значит, что в конце игры все остаются при своих. Это то, чего так громогласно боятся европейские политики и интеллектуалы – игры с нулевой суммой. Как во времена холодной войны.
