11
0– Но ты не жалей его. Райлан больше всего ненавидит это чувство.
За сим мы и расстались.
Я в напряжении ждала заветного понедельника, как говорится, шкурой чувствуя, что вот-вот что-то случится!
И оно случилось!
То ли накаркала, то ли правильно угадала, а вечером в пятницу на проходной дядюшка Галлард вручил мне записку.
– Доставили от ворот. Братец твой, вроде как приболел.
В записке так и значилось:«Леди аш Одо, ваш младший брат заболел. Есть подозрение на осложнение связи со зверем, проявленным в слишком раннем возрасте. Просьба явиться в учебку для переливания крови, как ближайшему родственнику…».
Но как только я взяла записку в руки, в правом нижнем углу вспыхнули красные буквы:«Жду тебя сегодня вечером возле ворот. В 20.00. Не явишься – можешь распрощаться со своим братцем! Приходи одна, иначе договор будет считаться нарушенным!»
«Какой ещё договор?! – возмутилась я, наблюдая, как красные буквы гаснут, не оставляя от возмутительного шантажа ни следа. – Когда один права качает, а второму остаётся только выполнять приказ – это ни разу не договор! Сволочь! Всё-таки не сдался! И удрал из Кешайна только для того, чтобы бумаги на развод не подписывать! Ублюдок! Как есть ублюдок!»
Всё своё возмущение высказала Грегори, который поджидал меня комнате.
– Ты знала? – единственное, что спросил у меня Злобик.
– Ожидала нечто такое, – ходя из угла в угол, ответила пушистому духу попаданца.
– А я думаю, чего ты такая нервная всю неделю. Но мне казалось, с безопасностью Эрика ты решила вопрос. Или я ошибаюсь?
– Терра сказал, что передал администрации чёткие инструкции насчёт мальчика. Выходит, что одних инструкций мало. – Резко остановившись, устало присела на пол. – И что мне теперь делать? Идти одной – глупо. Оповещать принцев или магистра с деканом – опрометчиво. – Посмотрев влажными от слёз глазами, скуксилась. – Грегори, Эрик – очень хороший мальчик! Он не должен пострадать!
– Для начала давай сделаем вот что…
Через час я уже покидала территорию академии по пропуску, выданному после пятнадцати минут пререканий с деканом. Азур до последнего допытывался, зачем это мне среди учебной недели понадобилось срочно в город. Я упорно твердила – надо! Не для того, чтобы меня оставили в покое. Наоборот, чтобы вызвать больше подозрений! Если Гефран спросит меня – говорила ли я кому-нибудь о своём уходе, мой ответ будет предельно откровенным.
Но сейчас я уходила не к Гефрану. К нему ещё было рано.
Переодевшись в платье обычной студентки с бытового факультета, я спешила в учебку Эрика. Прежде чем вестись на шантаж, сначала надо проверить, так ли брат Лалеаны находится в опасности, как меня в письме настращали?! Если нет, поговорю с директором, напишу заявление, чтобы с Эрика глаз не спускали.
