11
0Добра я своим детям не желаю! – Резко взбив подушку, Петр отвернулся и натянул на голову одеяло, поэтому дальнейшие его слова прозвучали глухо и едва различимо: – Желаю. Катька наша уж давно в этого Морица втрескалась, того и гляди из платья выскочит. Я потому столько сил и положил, чтобы его на престол посадить, а не кого другого из его старших братьев.
– Что ты сказал? – встрепенулась Анна.
– Что слышала, то и сказал. Давай спать.
– Петя, а ну вставай. Ты что только что сказал-то? Пе-этя-а, вста-ава-ай. Не отстану ведь, – начав его тормошить, потребовала Анна.
– Ну чего ты от меня хочешь? – откинув одеяло и рывком садясь на кровати, возмутился он. – Между прочим, об этом должна мне говорить ты.
– Как такое могло случиться-то? И почему я ничего не знаю? Ну Катерина, ну хитрованка…
– Да погоди ты на дочь злиться-то, – поняв, что в семье может случиться серьезный разлад, начал успокаивать жену Петр.
– Я не злюсь. Но мне обидно.
Обидно, конечно, а сама едва молнии не мечет. Нет, нужно эту грозу душить в зародыше, пока до чего серьезного не дошло. А то ведь Анна с характером, и дочка вся в нее удалась. Вот так сойдутся всесокрушающая ярость и непреодолимое препятствие, будет тогда потеха.
– Понимаю. Но ведь в твоих глазах ей только восемнадцать, а когда она на Морица глаз положила, так и вовсе шестнадцать было, – пожав плечами, рассудительно заметил он.
– Но ведь раньше она никогда от меня не скрывала. Помню, даже на Меншикова засматривалась и говорила, что, как вырастет, непременно его отобьет и на себе женит.
Ну слава богу, растерянность, она получше злости будет.
– Раньше было детское, а это уже осознанно.
– Но тебе-то сказала. – Вот и до обиды дошло, но потом Анна посмотрела на качающего головой мужа и догадалась: – Иван.
– Угу. И братцу твоему со всей его Канцелярией накостылять некому. Прошляпил девку, а потом уж я велел не распространяться, потому как с Ватиканом завертелось.
– Откуда тогда?
– А ты когда в последний раз навещала свою мамку? Посадила в золотую клетку кормилицу и рада-радешенька. Нет, я не навещал, – ответил он на ее немой вопрос, – то денщик мой, Васька, проныра эдакий. Везде поспевает, и все-то ему интересно.
– А отчего ты сделал ставку именно на Ласси, когда узнал об отношении Катерины? Боюсь, что у тебя не хватит престолов на всех наших детей, – мило улыбнувшись, покачала головой Анна.
– Не хватит конечно же. Но тут грех было не воспользоваться. Ласси проявил себя с наилучшей стороны и завоевал сердца ирландцев. Даже если бы папа отказался его благословить, Мориц уже утвердился на престоле так, что не сдвинуть.
