5
0Наконец, я познал свою строптивицу, осознавая, что она еще большее искушение, чем казалось ранее. Я был готов проводить с ней дни и ночи, наслаждаясь гибким податливым телом, горящим только для меня.
А потом вспомнился момент моего ухода.
“И чего она так взбесилась? Ну подумаешь, возникли неотложные дела. Так что сразу шипеть как кобра! Даааа, это слишком на нее похоже! Ладно, стоит испытать удачу, всегда могу дать деру!” – невольно усмехнулся собственным мыслям. – “Довела человеческая бестия. Я готов бежать, сверкая пятками в моменты ее ярости. И все же, было что-то дикое необузданное и безумно сексуальное в ее агрессии!”
Мне нравилось как моя мышка сопротивляется, отчаянно скрывая собственные желания. Хоть и продолжает упорно молчать, отвечает на каждую ласку. “Да, она точно принадлежит мне! Осталось только убедить ее признать это! Хочу услышать, как робкое признание прозвучит в тишине комнаты”.
От глупой мальчишеской фантазии чуть не замурлыкал, подобно мартовскому коту. Мне нравилось мое новое состояние, я будто становился другим, настоящим, почти человеком. Раньше не понимал, стремление мнеподобных коснуться реальных чувств, не понимал, почему они тянутся к человечкам. Для меня эти хрупкие существа были не более чем удобный способ занять время и снять сексуальное напряжение. И хоть, более чем уверен, другим богами не удавалось испытать искренних чувств, они наблюдали за эмоциональными жертвами, играя с их жизнями. “Да уж, вот сейчас начинаю понимать, насколько это мерзко. Если б кто-то решил поиграть со мной?”
Невольно представил Равену, управляющую мной, как бесхребетной марионеткой и на душе стало совсем паршиво. “От нее я хотел взаимности, надеялся, что как и я, она будет сходить с ума, в желании вновь увидеть меня, прикоснуться... Я жалок?” – тяжело вздохнув, тихо открыл дверь ее спальни, вглядываясь в ночную темноту.
Осколки от вазы так и лежали у двери, напоминая о том, что этот снаряд точно был предназначен для моей головы. Щелкнув пальцами, избавился от мусора, не желая загружать свою старушку дополнительной работой, и подошел к кровати.
Хрупкая девушка, откинувшись на подушках тихо застонала, а одеяло сползло с обнаженного тела.
Не в силах удержаться, разглядывал чувственные изгибы, желая вновь ощутить их под своими руками.
“Ну как человечка может быть столь совершенной?!”
Стон повторился, и Равена дернула головой, отчего влажные волосы рассыпались по подушке.
Не сразу понял, что ее что-то тревожит, но когда по комнате разнесся всхлип, и мышка подскочила, хватая ртом воздух, будто задыхаясь, я искренне испугался.
Не понимал, что с ней происходит и совершил первое, что пришло в голову. Сгреб в охапку изящное тело своей человечки, укачивая ее подобно ребенку.
