2
0
В его голосе мягкость и нежность, от которой у меня сосет под ложечкой, но я все равно внутренне сжимаюсь, понимая, что он не скажет мне того, что я хочу услышать. Иначе не было бы этого проклятого “но”.
— Говори, — быстро облизываю губы, впиваясь в его лицо глазами. — Это условия в стиле Влада Градского? Нельзя целоваться? И рассказывать об этом подружкам?
— Я разве когда-нибудь ставил такие условия? — криво усмехается. — Нам все можно, но это ничего для нас не значит. Я через две недели уеду, это решение не изменится. Ты получишь то, что хотела. Закроешь все свои гештальты.
— На две недели, — уточняю вяло.
— Да.
— И как ты себе это представляешь? — смотрю на него, сжимая руки в кулаки. — Что мы будем делать?
— Ты очень красивая, Моцарт. Даже не представляешь, насколько. Ты совершенство. Идеальная во всем, — его взгляд вновь касается моего тела. — У нас не будет трудностей с тем, чтобы найти себе занятие.
— Я не идеальная…
— Я вижу тебя иначе, чем ты видишь себя. Так же, как и ты меня. У тебя есть возможность во мне разочароваться.
— Я не хочу разочароваться в тебе.
— Я не настаиваю, — говорит с иронией.
Нас окутывает тишина.
Он предлагает мне секс без обязательств. Именно то, что я не так давно сама у него выпрашивала. Но почему-то я не чувствую эйфории…
Мое сердце гонгом стучит в ушах. Мои надежды, мечты… вдруг приняли неправильную форму. Исковерканную. Фальшивую. Это толкает слезы к глазам, но я борюсь с ними, потому что… это лучше, чем совсем ничего. Я хотела хоть что-то себе оставить после его отъезда, теперь у меня будет, что вспомнить, не сомневаюсь.
— Две недели… — шепчу тихо, переведя взгляд на лобовое стекло.
— У нас с тобой два варианта, — продолжает Влад. — Или мы забываем обо всем и больше не продолжаем то, что уже начали. Или, как я уже сказал…
Еще месяц назад, листая социальные сети Градского, я и подумать не могла о том, что когда-нибудь он сам придет ко мне за поцелуем, а теперь предлагает две недели отношений. Песчинка на отрезки жизни. Этого мало… чертовски для меня мало. Но если я сейчас откажусь, то не получу ничего. Человек может влюбится в другого за две недели? Мне хотелось бы в это верить, потому что только такая надежда поможет мне не сломаться потом.
— Я согласна… — говорю хрипло."
"— Арина, — его голос твердый. — Это не шутка. У этого не будет продолжения. Я хочу, чтобы ты это понимала и потом не искала меня.
— Жизнь здесь и сейчас, да? — бросаю с горючим смешком.
— Да. Именно так. Жизнь короткая штука.
— Я понимаю, — сглатываю ком, застрявший в горле.
— У тебя есть выбор.
