6
0
Разве мог он признаться подельнику, что не убивать Лейлу хочет, а, наоборот, ее добиваться?!
— Ладно, — легко согласился Фил, — не до твоей чмары сейчас. Давай про текущий план действий. Ты адрес знаешь?
— К-какой? — Федор почувствовал, что краснеет.
— Раз твоя сыщица поехала в Псков выслеживать балерину, значит, она знала адрес?
— Да… наверное. Но я не спросил.
— Козлина! — ругнулся Долматов. — Где теперь искать? В Пскове тысяч двести народу.
— Ольга… она не в городе. В каких-то Прасковичах. Это деревня рядом, — вспомнил Федор.
— И что? — продолжал бушевать Фил. — Мы там окажемся ночью. Чего, будем алкоголиков на улице останавливать? Спрашивать, где московская балерина живет?!
— Но Римме… Римме сейчас звонить нельзя! Она может заподозрить! — запаниковал Федор.
— Вот вся твоя суть! — презрительно фыркнул Фил. — С виду — гора мышц. А нутро девчачье. Боюсь. Страшно… Что делать — не знаю.
— Римма сказала, что Ольга у жениха живет. — Федор отчаянно напрягал память. — Фамилию его называла… Сейчас. Сейчас я вспомню. Георгий Климко. Вот.
— Хоть что-то. — Голос Фила потеплел. — Садись за руль, я этого Климко по базам пробью.
— Я права недавно получил. И практики нет — не на чем пока ездить.
— Вот что ты за мужик — то не могу, се не умею! — приговорил Долматов.
А Федор почувствовал: в нем закипает, поднимается огромной волной страшная злость. На якобы друга, который умело сыграл на его чувствах, втянул в дикую историю, а теперь нагло использует.
И еще появилось четкое осознание: при первом удобном случае Фил его сдаст. Или устранит как ненужного свидетеля.
Когда остановились на заправке, панически подумал: «Может, сбежать, пока еще не поздно? Вообще сбежать, отовсюду? От Фила, от Ярика, из России?»
Но взглянул в мутном зеркале на собственное растерянное лицо — и стыдно стало отчаянно.
Не убегать нужно, а, наоборот, инициативу перехватывать.
Иначе всю жизнь прятаться придется.
Павел СиничкинРимка моя — смешная, как все девчонки.
Мечтает сама детективом стать, но первую, самую элементарную заповедь не усвоила, хотя я ей сто раз повторял.
Прежде чем за дело браться, узнай, на кого работаешь.
А она увидела только рябь, пену морскую: несчастный аутист, благородный старший брат-опекун. Очертя голову ринулась в Псков. Хотя еще до поездки нужно было пообщаться с матерью братьев. Сходить к Федору на работу. Да хотя бы через Интернет его пробить!
Меня с самого начала старший Дорофеев, благороднейший рыцарь, насторожил. Слишком благостно он выглядел. Слишком жертвенно.
И в Римкиных досье я увидел серьезные пробелы."
"Секретарша моя утверждала: братья живут на Федину зарплату и еле сводят концы с концами.
