14
0Пантера, ворон — это ещё ничего… Но паук! Я же их до жути боюсь!
— Не нервничай, — Ада спокойно взяла паука, — это Георг, мой питомец. Его укус не смертелен. Почти.
— Почти? — пискнула я.
— В редких случаях, — кивнула девочка, запихивая паука обратно в рукав. — Если ему кто-то особенно не понравится или его сильно напугать, он может выпустить яда больше, чем нужно. А так, Георг — милый…
Ну да, сама милота… Я торопливо взяла стакан с водой и сделала несколько больших глотков: во рту на нервной почве все пересохло.
— Так вот, о пророчестве… — как ни в чем не бывало продолжила Ада. — Мы можем проверить вторую часть, чтобы убедиться.
— Нет, — отрезал Эриш, с остервенением принимаясь резать кролика, которого ему только что подали.
— Простите, а что за пророчество? — поинтересовалась я. — И какое отношение оно имеет ко мне?
— Абсолютно никакого, — ответил герцог. — И больше ни слова об этом!
Ада недовольно засопела, а я пожала плечами: нет так нет. Не будем лишний раз провоцировать нашего жениха. К тому же передо мной тоже оказалась тарелка с тушеным кроликом, и следующие несколько минут я только и делала, что наслаждалась его вкусом. Когда все слегка насытились, и лицо герцога вроде как просветлело и расслабилось, я решила задать ему вопрос, будто издалека:
— Рон Эриш, а вы знаете некую Дору Лестер?
— Первый раз слышу, — даже не задумавшись, ответил тот. — А кто это? Только не говорите, что… — он воззрился на меня с подозрением."
"— Кролик — просто божественен, так и передайте своему повару, — ответила я, старательно делая вид, что не услышала последнюю фразу. Да и вообще уже забыла, о чем спрашивала. — Никогда не ела вкуснее… Потрясающе!
Мой восторг ответно проигнорировали, но и допытываться ни о чем больше не стали. Я мысленно выдохнула: кажется, пронесло.
Эриш съел свою порцию первым и сразу ушёл, даже не пожелав приятного аппетита. За ним покинули столовую и его животные, а мы с Адой остались за столом одни.
— Так что за пророчество? — решила я все же полюбопытствовать.
— У Демиана была тётка-прорицательница, она перед смертью предсказала, что в течение года он встретит суженую, — охотно ответила девочка. Кажется, эта тема её очень будоражила, потому что она вмиг растеряла свою прежнюю бесстрастность. — И узнает он её по трём признакам… Она придёт в зимнюю ночь, в метель. Одна. Это первое. И ты пришла сегодня.
— Ну, зима только началась, — усмехнулась я, ни капли не сомневаясь, что это точно не про меня. — К вам ещё много кто может прийти в метель… Кстати, как давно умерла та тётя?
— Весной, — Ада явно была недовольна моим недоверием.
— Значит, месяца три в запасе есть. А второй признак?
— На теле суженой расцветет ликариус.
— Что такое ликариус? — не поняла я.
— Цветок такой, редкий.
