2
0А тридцать ночей…
А потом мне становится смешно.
Смешно так, как, наверное, не было даже ему. И я не могу успокоиться – смех выплескивается, резвится, отбивается от холодных стен. Таких же холодных, как хозяин этого кабинета.
Тимур оставляет в покое ноутбук, откидывается на спинку кресла и внимательно за мной наблюдает. Как будто ему нравится то, что он видит. Нравится то, что он слышит. Не перебивает, не выражает удивления, просто смотрит, как я смеюсь.
Успокоившись, встречаюсь с ним взглядом.
Нет, не дрогнул, не передумал.
– Если я соглашусь на твое нелепое предложение, это будет твоей самой провальной сделкой.
– У меня нет ни одной провальной сделки, и я не собираюсь открывать этот счет.
– Ты понятия не имеешь о том, что просишь.
– Не помню, чтобы я о чем-то просил.
– Хорошо, – выдыхаю. – Ты понятия не имеешь о том, что тебе принесет эта сделка.
– И ты опять ошибаешься, – возражает спокойно. – Перед любой сделкой я всегда все тщательно изучаю и взвешиваю.
Не всегда.
Если я соглашусь, он сам это вскоре поймет.
И тогда вряд ли в его взгляде останется то, что он не озвучил сейчас: «Я всегда все тщательно изучаю и взвешиваю, в отличие от твоего мужа».
Отбрасываю мысли о Максе. Если бы он только знал, что мы сейчас обсуждаем с Тимуром… если бы мог только предположить, что может дойти до такого…
И если бы я еще знала, что делать.
Свекровь права: я бесполезная. От меня никакого толка. Мой максимум – это салоны и кухня. А когда надо принять решение, сложное, непростое, у меня тысячи «но», сотни «я не смогу» и с десяток «а вдруг обойдется?».
Вздрагиваю от резкого стука в дверь кабинета. Когда вижу на пороге незнакомого мужчину с папкой под мышкой, по спине ползет холодок. Понятия не имею, кто это и почему я чувствую опасность. Причем не далекую, а которая уже нависает.
– Тимур Константинович, – говорит мужчина в строгом костюме. – Все материалы собраны. Вот полный отчет. Можно пускать дело в ход?
А вот теперь понимаю.
Понимаю, что он держит в руках."
"И вся неуверенность исчезает. Времени на сомнения больше нет. В голове проясняется, привычно отключаю эмоции, пожалуй впервые радуясь, что все-таки этому научилась.
– Я хочу ознакомиться с документами.
Тимур кивает, и мужчина кладет папку с документами ему на стол. Без лишних вопросов уходит.
А я сажусь в кресло для посетителей и с молчаливого согласия хозяина холдинга принимаюсь за изучение документации. Пока еще документации, но которая действительно может стать делом. Уголовным делом против моего мужа.
Фирмы-однодневки, в которые переводились суммы за выполненные работы и материалы. Липовые акты, накладные и доказательство, что этого не было. Предоплаты в счет свежих договоров.
