4
0Поэтому будь спокойной, циничной, улыбайся и получай удовольствие. Считай, что прикупила себе мальчика по вызову…»
Вроде бы успокоилась, пришла в себя, но тут страшное подозрение, не отпускающее весь вечер, снова нахлынуло.
А что, если это все-таки Маринка?! Деньги ей нужны позарез. Если рассуждать беспристрастно, откинув мысли о дружбе, то в нашем коллективе есть лишь две женщины с по-настоящему сложным финансовым положением. Я и она. Но представив ее лицо, засомневалась: могла ли она украсть и подставить меня? Хочется думать, что нет, однако жизнь такая подлая штука…
А кто еще мог?
У Агнешки своя квартирка, вроде бы не бедствует, хотя кто знает. Гаденькая она.
О нашем бухгалтере я почти ничего не знаю, но она тоже не бедствует: золотом увешена от мочек ушей до левой щиколотки, как новогодняя елка. Но если любит красивые вещи, то почему нет? Могла и решиться на кражу…
— Вика! — громко позвучало над ухом.
— А?! — подпрыгнула я.
— Надоело смотреть на твое лицо — я разрываю наш договор!
Кровь отхлынула от лица, по спине пробежал холодок — и вот тогда-то я и поняла, что наступила …опа, по-настоящему беспросветная полоса!
Глава 6
Вячеслав
— Я разрываю контракт! — отчеканил, не выдержав ее замученного вида, заплаканных глаз и прочих концертов. Да сколько можно! Я, как добрый, жалостливый, можно даже сказать, сострадательный человек, предложил ей разумный вариант решения проблемы, а она смотрит на меня, как на врага-душегуба. Ну, знаете ли!
Нет, хотя, даже в такой Вике была своя прелесть. Такая беззащитная, хрупкая, необычная, но вот трахать ее со слезами на глазах — это все же не моя мечта. Так что надо решать проблему.
Дал ей денег. Любая другая, получив карту, визжала бы от восторга, а эта?
Золушка, мать твою! Купила затрапезную футболку, зато красного цвета, как тряпку для быка. Еще трусы утюгом сушила!
Чувствую себя… даже не знаю кем. И смешно, и грешно! Теперь понимаю каково это. Однако Вика продолжает отжигать. Стану дряхлым пердуном, а до сраки лет буду помнить чудо-Вику, целочку-золушку, на миллион умудрившуюся купить щеточку и бомжацкую футболку!
Чтобы истерично не расхохотаться, грозно сдвинул брови и рявкнул:
— Задрало смотреть на твое недовольное лицо! Так что собирай шмотки и уматывай!
— П-простите! Я… я больше не буду! — и она реально разрыдалась.
Я смотрел на нее и впервые не знал, что делать.
Оттрахать ее все равно хочется, но ее поведение сбивает с толку.
Я привык, что за мной бегают, соблазняют, на коленях ползают, чтобы хотя бы отсосать: авось баблишко перепадет. А этой перепало, так она еще из себя мученицу строит!
Развернулся и пошел в бару.
Вечер я представлял иначе.
Сейчас, гладя на Вику, чувствую себя совсем не как мачо. И даже сомнения появились, что это она украла деньги по жадности.
