4
0— А, может, сразу пойдем, а?
— Как скажешь, дама моего сердца, — поднялся со скамейки и отвесил мне довольно-таки грациозный поклон.
— Молодые люди… — нас окликнул бомжеватого вида дядечка, уже минут с десять ошивавшийся около нашей и соседних скамеек. — Я могу выкинуть ненужную тару! Если что.
Славка похлопал себя по карманам, выудил купюру и, подложив ее под пакет, встал. Затем предложил мне локоть.
— Мадмуазель?
Я тоже чинно встала, подала ему руку, и мы не спеша пошли в парк.
По дороге я, довольная и радостная, улыбалась, предвкушала, как мы будем кататься на детских карусельках, вспоминать уже не юность, а детство… Но как же я ошиблась.
Первым делом Слава повел меня на «Коттон клаб».
— А что, лошадки все разбежались? — пошутила я, когда администратор проводила нам коротенький инструктаж.
— Довольных криков испугались, — пробурчала дама. — Руки не высовывать, с мест не вставать."
"— Пф! — фыркнула в ответ, однако когда карусель закрутилась, двигаясь то вперед, то назад, я так визжала и довольно орала, что охрипла. Хорошо, что мы сидели вдвоем — центробежная сила буквально «вжимает» нас друг в друга. Тех, кто решил прокатиться в одиночку, несмотря на систему креплений трясло так, что одна девушка истерично кричала:
— А-а! Спа-асите!
— Или я постарел, или в детстве был менее впечатлительным, — выдал Славка, когда мы проходили через турникет с аттракциона.
— Это новые технологии итальянского производителя, — пробурчала тетка.
— Зато персонал все тот же. Точно ностальгия. Смотри! — ткнул пальцем на высокую стрелу.
— А идем, — согласила я.
— Идем, — увлек Славка меня за собой к «седьмому небу».
Я храбрилась, но когда при раскрутке кабинка поднялась на максимальную высоту, вцепилась в Славку и не отпускала его до последнего момента.
— Знаешь, Вик, — покачиваясь от головокружения, делался он со мной ощущениями. — Классно, но я задумался, что у меня нет наследников, и не написано завещание.
— Хых, — фыркнула я. — Какие проблемы в твои годы! Будут еще наследники! А пока катаемся! — И сама указала на «бумеранг».
Хорошо, что у нас оказались крепкие желудки и съеденные деликатесы не попросились на выход. Наверное, сегодня был мой самый счастливый день. Самый-самый счастливый. Я не могу припомнить ни одного такого дня. Что, на самом-то деле, довольно ужасно.
— Спасибо, Викуль, за чудесный вечер. Ты права, это лучше чем все походы по пафосным заведениям, — он сжал мою руку и… неожиданно поцеловал.
Мы шли по вечернему городу, многозначительно молчали, и вдруг не произнес:
— Давай забудем все, что предшествовало нашему знакомству?
Не ожидала, поэтому растерялась.
