4
0
Первое желание запротестовать и напомнить Фролову, по чьей вине я оказалась в такой ситуации, пришлось засунуть себе куда поглубже. Я обязана была в первую очередь думать о малыше, а потом уже о своих потребностях высказать то, что и без того было очевидным.
— Хорошо, — по прошествии нескольких секунд сказала я, и увидела, что на лице Макса появляется выражение облегчения. — Я сейчас соберу свои вещи и ты отвезешь меня туда, где мы с ребенком будем в безопасности. Но я хочу только одного — чтобы ты избавил меня от подобного впредь.
С этими словами я пошла в свою комнату, испытывая такую горечь внутри, что мне хотелось плакать. Зря я решила, что у нас с Фроловым может что-то получиться. Ведь если даже и могло, то только не сейчас.
А может, и не в этой жизни.
Часть двадцатая. Макс
— У тебя есть заграничный паспорт? — спросил я, когда Ксю появилась в коридоре с двумя сумками, в которые наскоро побросала вещи.
— Что? — переспросила она с явным недоумением, и я вынужден был повторить:
— Действующий загран у тебя есть?
— Да, но… — начала было она, но я, решительно забрав у нее сумки, перебил:
— Тебе сейчас нигде на просторах родины не дадут покоя. Лучше уехать за границу. У меня как раз намечалась командировка на послезавтра, но мы просто выедем туда пораньше. Возьми паспорт.
Она быстро прошла обратно в комнату и вскоре вышла оттуда с необходимым документом. Спросила, хмурясь:
— Куда мы? И как надолго?
— В Эмираты. Примерно на неделю.
— Но как же работа? Мой кондиционер для волос….
— Твой кондиционер никуда не убежит, — отрезал я. — Более того, я думаю, что эта поездка будет полезна для твоей профессиональной деятельности. Сможешь почерпнуть кое-что из местных технологий и рецептов.
— Я и сама могу….
— Ксю! — я резко развернулся к ней и сжал ее плечи. — Я уже понял, что ты все можешь сама. Зарабатывать, разрабатывать, и прочая, прочая, прочая. Но позволь иногда и другим людям что-то для тебя делать.
— Ладно, — буркнула она и я, вновь подхватив сумки, первым направился на выход."
"Выглянув из подъезда, убедился, что рядом никого нет. Черт возьми! Хотел бы я знать, какая скотина раструбила ушлым журналистам обо всей этой истории! Вариантов было не так уж и много. Помимо самой клиники, совершившей ошибку, обо всем знали только Ксения и Семен Алексеевич. Я даже родному брату до сих пор не сказал ни слова, делая все для спокойствия Ксю! Ее дед явно не стал бы трепаться направо и налево, клинике подобная огласка была все равно что смертный приговор, по всему выходило, что это было выгодно только моей бывшей жене номер два.
Я сжал челюсти от невыносимого желания свернуть ей шею, но эти кровавые фантазии придется, увы, оставить на потом. Сейчас главным было обеспечить покой и безопасность Ксю и моему ребенку.
