5
0Генерал вообще был демократичным с подчиненными, а уголовному розыску, по старой памяти, откровенно симпатизировал.
– Занимайтесь этим делом, парни, – сказал он. – Больше мне доверить его некому. Коренев выработался, а молодежь еще не подросла. На кону восемьдесят миллионов государственных денег, сами понимаете, какой будет с меня спрос…
Генерал недавно вернулся из отпуска, и его холеное лицо было покрыто ровным, явно не черноморским загаром.
– А я с вас спрошу, да с ваших начальников, – Козубов показал на стоящих рядом и преданно поедающих его глазами Синеватого и Боброва.
– Так точно, товарищ генерал! – за всех отрапортовал Синеватый. И повернулся к «Американцам»:
– Что стоите? Идите, работайте!
– Есть! – четко ответили те, только руки к шляпам не приложили – по нашим уставам не положено. Так же четко повернулись и отошли.
– Я знал, что без нас не обойдутся, – сказал Васильев. – Областники больше контролировать любят, и указания давать.
– Загар у генерала видел? – спросил Степанов. – Видно, в Турции отдыхал.
– Скорей, где-нибудь покруче, – уточнил напарник. – Хотя выезд-то нашему брату запретили…
– Кому запретили, а кому и нет, – буркнул Степанов, осматриваясь вокруг.
Он качнул головой в сторону.
– И что?
– Вон там голубятня.
– Так она ж далеко!
– Зато с нее все видно.
– Ну, что ж, пойдем, посмотрим.
«Американцы» пробились сквозь толпу зевак, обошли квартал и зашли на соседнюю улицу. Покосившийся дом с голубятней окружал довольно хлипкий забор с давно не крашенной калиткой и полустертой цифрой «7» посередине. Степанов нажал кнопку звонка. Во дворе залаяла собака.
– Кто? – раздался надтреснутый голос.
– Полиция, – внушительным басом ответил Степанов.
– Сейчас открою."
"Через минуту пес перестал лаять, калитка распахнулась. На пороге стоял высокий пожилой человек с растрепанными седыми волосами. Когда-то он имел крепкое телосложение, но сейчас наброшенный второпях, вконец выношенный коричневый пиджак обвисал на плечах. Выцветшие голубые глаза выжидающе смотрели на полицейских.
– Вы случайно не видели, что произошло там? – Степанов показал большим пальцем через плечо. Он не надеялся на положительный ответ и спрашивал для очистки совести.
– Как не видел? – удивился мужчина. – Это же я позвонил в полицию!
– А чего не назвались? – спросил Степанов. – В журнале записано: «Анонимный звонок».
– Да потому, что не хочу, чтоб меня по судам затаскали. И вообще, в наше время лучше не идти в свидетели, особенно по такому делу. И застрелить могут, и дом сожгут…
«Американцы» переглянулись. Старик был прав, но поддерживать такой настрой нельзя. Тем более что им нужно было прямо противоположное решение.
– Ну, почему же, – сказал Степанов.
