5
0Потом, словно очнувшись, встал, вынул деньги, положил на стол, придавил тарелкой и направился к выходу.
– Не верю я тебе. Врешь ты все! – бросил напоследок. – Не знаю почему. Может, просто завидуешь!
Что ж, не поверить в неприятную правду – это тоже выход. Но для слабых людей. А Степанов не был слабаком. Поэтому Васильев удивился его реакции. Неужели он так влюбился? Как же она его окрутила?
Он долго сидел за столиком, откуда-то взялись опера из районного отдела, начали рассказывать, что в советские времена на этом же самом месте стоял ресторан «Театральный», в котором отвисали опера старшего поколения.
Домой он пришел около часа ночи, но Татьяна не спала.
– Почему так поздно? Я же волнуюсь! Особенно после той стрельбы!
– Я же тебе говорил, это я стрелял в одного хмыря! Жалко, что промахнулся. Но тебе совершенно нечего за меня волноваться. Я любого на куски порву!
Татьяна подошла, обняла, прижалась всем телом.
– Ты пьяный?
– Выпивший. С операми из района посидели.
Он принялся раздеваться.
– А Витя не с тобой был?
– Начинали вместе, потом он уехал.
– И приехал к Вере, она мне звонила! Пьяный, злой, требовал Ивана! Если бы он был дома, Витька бы его убил!
– А где Иван?
– Улетел в Испанию. Там же у них тоже дом… Но Верка плачет: что-то у них не срастается!
– Да хрен с ними! Давай спать! Что мы будем про чужую семейную жизнь базарить!
Васильев повалился на кровать.
– Толик, я же просила не употреблять эти блатные словечки!
– Ладно, не буду…
– И Ольга звонила, тоже плачет: Витька опять ночевать не пришел! И вещи у него новые появляются…
– Ты же нашу работу знаешь… Он в засаде…
– Пьяный в засаде? И засады каждый день? И в засадах костюмы выдают, туфли, часы? Что это за засады такие?
Но Васильев молчал, он уже спал.
* * *Утром неожиданно позвонил полковник Коренев.
– Привет, Терминатор! – сказал он. – Как дела? Шляпа не жмет?
– Не жмет, – терпеливо ответил Васильев.
– У меня для тебя новости. Мы взяли еще двоих по инкассаторскому делу.
– Да? Как удалось?
– Да очень просто. Они пришли к Золотому на базу, стали землю копать, а у нас там была засада.
– Неужели столько времени засаду держали?
– Держали. Я на свой страх и риск держал. Чувствовал, что они придут. Ну и взяли их тепленькими.
– Раскололи?
Коренев хмыкнул.
– Конечно. Дали признательные показания, сейчас следователь определяет их в СИЗО.
– Ну, и хорошо. А про Хвоста они ничего не знают?
– Так и знал, что ты это спросишь, – сказал Лис. – Нет, про Хвоста не знают. Они вообще не были знакомы до дела. Но Хвоста, похоже, видели наши патрульные на Сельмаше.
