5
0Скорей всего оттуда вылезло это убийство!
– Почему тогда именно Кульков? – спросил Степанов. – В ней мы все задействованы…
Синеватый поморщился. Это «мы» ему явно не понравилось.
– Да потому, что следователь был ключевой фигурой. Он осматривал вещдоки, он принимал решения, отказывал в возбуждении уголовного дела. Словом, именно он придал всей этой истории официальную форму.
– Да и потом, в меня уже стреляли, – сказал Васильев. – Я первый, Кульков второй. А что, логично…
Бобров скрипнул стулом.
– Корнилов клялся, что стреляли не они. И потом, у Степанова есть источник среди речпортовских.
Синеватый надел свои очки. Стекла, как всегда, зловеще блеснули.
– После моей беседы Корнилов бы убивать следователя не решился. По-моему, он прочувствовал, что к чему…
– А может, оба эпизода узбеки заделали? – спросил Степанов, ни к кому не обращаясь. – Восточные люди, у них мышление специфичное. Да их и никто не предостерегал…
Полковник хлопнул ладонью по столу.
– Узбеков пора взять за вымя. И корниловских держать под контролем. Только надо придумать легенду прикрытия. С чего это вдруг мы их отрабатываем? Почему именно их подозреваем?
– Это мы проработаем, Алексей Васильевич! – заверил Бобров.
* * *Васильев с Татьяной поехали на очередной показ. Когда супруги стали присматривать недвижимость, то оказалось, что они и не такие уж богачи. Хорошие особняки в Тиходонске стоили раза в два-три дороже, чем коттедж в Коста-Дорада на первой линии у моря. Поэтому приходилось выбирать дома попроще. Они пересмотрели уже с десяток, и ни один не пришелся по душе. И вот, наконец, предложение, которое им понравилось.
Татьяна радостно оживилась, покружилась в танце на веранде, потом они прошли в беседку за цветочной клумбой.
– Я всегда о таком мечтала!
– А мы с Виктором мечтали об Испании, – сказал Васильев.
– Да-а, в языках вы сильны, – засмеялась жена. – И в тамошней полиции вас уже ждут руководящие должности…
Васильев вздохнул.
– Ну, что ты все время вздыхаешь? – жена прижалась, привстав на цыпочки, поцеловала в щеку.
– Да нет, – ответил он. – Это фантазии. А на деле все сложно. Заново вживаться в чужую жизнь, пускать корни в незнакомой стране… Да и денег маловато. Я, честно говоря, думал, будет больше. Или просто цен не знал.
– Ты так и не сказал, что это за деньги, – заметила Татьяна.
– Заработал. Так же, как муж твоей подруги Веры."
"– Кстати, она мне звонила. Жаловалась, что семейная жизнь дала трещину, Иван стал совсем другим.
