Заставь меня остановиться

Что еще?

— Если внутренний голос говорит надеть шапку, значит надо ее надеть, несмотря на то, что ты в ней выглядишь как некоторое латексное изделие.

— Молодец. Что еще усвоила к своему полному совершеннолетию?

— Если снится, что ты писаешь, то лучше проснуться, — на мои слова Лукьянов впервые за несколько минут меняет выражение лица. Проще говоря, он подавляет в себе улыбку.

— Я поражен тобой, Аня. Ты первый человек, который называет такие навыки. Да, что-то в тебе определенно есть, — задумчиво произносит он, отпивая кофе. — Ладно, у нас есть двадцать минут для проверки твоих знаний. После этого ты идешь в сестринскую принимать душ. Или воспользуйся спиртовыми салфетками, дабы смыть с себя запах духов. Штукатурку с лица желательно тоже смыть. Я тебя уже видел без нее. Твои веснушки вполне себе милые, мужской пол ты ими не напугаешь. Дальше ты стрижешь свои ногти и смываешь лак. Ну и туфли. Либо пойдешь босиком, либо в тапках, которые я тебе дам. Тут уж даю тебе право выбора. Надевай халат и пойдем на урологию.

— На моих ногтях — гель лак, он просто так не смоется, я записана в салон на завтра. Каблуков на мне — нет. Духи я сменила на нейтральные. Волосы убраны!

— К двадцати одному году ты не усвоила главное умение — слышать и слушать. Я сказал — ты выполняешь. Все просто. Перчатки не забудь. Переодевайся. Закрывай кабинет и топай на урологию.

Не знаю, как этот человек умудряется при спокойном тоне вызывать во мне нехарактерную агрессию. Во мне бушует бешенство. Но самое дурацкое, что я ничего не могу с этим поделать.

— Была бы на тебе нормальная обувь, ты бы пришла на две минуты раньше. Если хочешь, снимай их и ходи босиком прямо сейчас.

— Бегу и падаю.

— Оно и видно. Итак, мы будем проходить мочеполовую систему на больном. Будь добра, соберись и покажи все свои знания и умения. Велком, — открывает дверь, пропуская меня в палату. — Еще раз добрый день, Анатолий Викторович. Это моя помощница Анна Михайловна. Она у нас будущий уролог и если вы все еще согласны, она проведет ваш осмотр, ну и, конечно, опрос.

— Конечно, согласен. Такую прелесть сто лет не видал, — радостно произносит мужчина лет шестидесяти, улыбаясь беззубой улыбкой. — На все отвечу и все покажу, если милейшая Анна Михайловна ответит мне на один вопрос.

— Давайте, попробуем, — уверенно произношу я, надевая перчатки.

— Коль мы на интимные темы будем общаться, хотелось бы, так сказать, сродниться. Расскажите мне, Анна Михайловна, о вашем первом половом опыте, — резко перевожу взгляд на Лукьянова, который как ни в чем не бывало смотрит на меня.

— Что же вы застыли, Анна? — не скрывая улыбки, выдает Лукьянов.

— О первом половом опыте… Кажется, это был паркет. Или ламинат. А может в один день паркет и ламинат.