Благословение небес

Ян Торнтон, который говорил с ней сейчас, казался таким же надежным и близким, как и два года назад, когда она встретила его.

— Пойдемте со мной, — попросил он, потянув ее за локоть, — я постараюсь исправить то, что натворил.

Элизабет позволила ему протащить себя несколько шагов, потом заколебалась и снова остановилась.

— Это ошибка. Нас увидят вместе и подумают, что мы начали все сначала…

— Не подумают, — пообещал Ян. — Я сказал, что имел на вас виды два года назад, но будучи всего лишь безродным шотландцем, не вызвал у вас интереса.

Поскольку титул для них — святое, они одобрили ваш здравый смысл. Теперь же, когда титул у меня появился, вполне естественно, что мне хочется еще раз попытать счастья там, где в первый раз я потерпел неудачу, — хотя бы для того, чтобы потешить свою задетую мужскую гордость.

Он отвел от ее щеки выбившуюся из прически прядь волос и сказал:

— К сожалению, я не мог сказать, что между нами вообще ничего не было — уж слишком компрометирующими были обстоятельства, при которых нас видели.

— Вы не понимаете. Со мной не произошло ничего такого, чего бы я не заслужила. Я знала, что нарушаю правила, оставаясь с вами в лесном домике. Вы не принуждали меня остаться.

— Элизабет, — прервал ее Ян голосом, в котором звучало раскаяние, — если вы не можете сделать для меня ничего другого, перестаньте хотя бы оправдывать мое поведение. Я не могу этого слышать. Я оказывал на вас гораздо большее давление, чем вы можете понять.

Изнывая от желания поцеловать ее, Ян был вынужден довольствоваться лишь счастьем смотреть на нее.

— Мне кажется, вы недооцениваете мой дар стратега, — продолжал убеждать он.

"Элизабет наконец безразлично кивнула и позволила ему увести себя с балкона.

Однако его уверенность была на секунду поколеблена, когда, войдя в залу, он заметил мгновенное похолодание обратившихся на них взглядов. Однако вскоре, когда Ян уже кружил ее в танце, он вдруг понял причину этого внезапного похолодания.