Благословение небес

Он все так же стоял рядом с седым человеком, так похожим на него самого, и кивал направо и налево, видимо, отвечая на поздравления.

— Ничего.

— Ничего?

— А что он может сделать?

— Вы думаете, он тоже сделает вид, что вы не знакомы?

— Никогда нельзя знать заранее, как он поступит. А вы думаете, это имеет значение?

В этот момент Ян тоже поднял глаза и увидел ее, и ему действительно захотелось отвернуться — только не от нее, а от этой толпы, наседавшей на него с поздравлениями, — и поскорее пробраться к ней. Но пока он не мог себе этого позволить. Как ни больно ему было смотреть на прекрасное лицо Элизабет, побледневшее от потрясения, они должны были встретиться как бы случайно, насколько это было возможно при сложившихся обстоятельствах.

С умопомрачительной настойчивостью его продолжали донимать приветствиями — мужчины жали ему руку, дамы приседали, а те, кто не рвался засвидетельствовать ему свое почтение, с возмущением заметил он, шептались и поглядывали в сторону Элизабет.

Ян выждал еще пять минут и кивком головы подал сигнал деду, после которого они дружно двинулись вперед, оставив без внимания еще как минимум три дюжины людей, ожидающих своей очереди быть представленными маркизу Кенсингтонскому.

Медленно прокладывая себе путь через толпу, Ян рассеянно кивал знакомым, избегая вопросов и долгих остановок, но время от времени все-таки был вынужден останавливаться и жать руки, чтобы не создалось впечатления, что он направляется прямо к Элизабет. Дед, который был ознакомлен с планом в карете, великолепно справлялся со своей частью задачи.

— Стэнхоуп! — раздался вдруг чей-то голос. — Познакомьте нас с внуком.

Нелепость ситуации все больше действовала ему на нервы.

Половина этих людей уже была знакома с ним как с Яном Торнтоном, и всеобщее притворство, что они до сих пор не знали его, выводило,

Яна из себя. Однако ради соблюдения приличий он терпел.

— Как поживаете, Вильсон? — Ян в который уже раз остановился. — Сюзанн, — улыбнулся он жене Вильсона, краем глаза наблюдая за Элизабет. Все это время она стояла, не шелохнувшись, словно совсем утратила способность двигаться. Кто-то вложил ей в руку бокал с шампанским, и теперь она держала его, улыбаясь Джордану Таунсенду, который пытался развлечь ее своими шутками.

Даже с такого расстояния Ян видел, как безжизненна ее улыбка, и сердце его сжалось от жалости.

— Спасибо, непременно, — услышал он свой голос и понял, что принял чье-то приглашение в гости, и тут наконец решил сделать то, ради чего все это терпел. Он повернулся в сторону Элизабет, и дед мгновенно закончил беседу со своим закадычным другом. Через минуту они уже двигались в направлении Элизабет под громкий шепот, который к настоящему моменту достиг невиданной силы.