0
0
У Лорен одновременно возникло два желания: задушить его мать и найти Ника, чтобы излить всю свою любовь, хотел он этого или нет.
Как раз в этот момент к столику подошел Тони и протянул Мэри какую-то бумажку:
— Тебе звонил этот человек. Он сказал, что ему необходимы какие-то документы, запертые у тебя в кабинете.
Мэри взглянула на записку:
— Я думаю, что мне придется вернуться в офис, а ты оставайся и закончи ленч.
— Почему вы ничего не ели? — нахмурился Тони. — Вам не нравится?
— Да нет, все очень вкусно, Тони, — сказала Мэри, потянувшись за сумочкой. — Просто я рассказывала Лорен о Кэрол Витворт, и это испортило нам аппетит.
Кэрол Витворт — прогремело в ушах Лорен. Крик протеста застрял у нее в горле, когда она попыталась что-то сказать.
— Лори. — Тони обеспокоенно обнял ее за плечи, в то время как она продолжала смотреть в спину уходящей Мэри, — Кто? — прошептала она. — О ком сказала Мэри?
— О Кэрол Витворт. Матери Ника. Лорен подняла на Тони искаженное ужасом лицо.
— О Боже, — тяжело вздохнула она. — О Боже, нет?
Лорен взяла такси до здания «Глобал индастриз». Шок начал проходить, уступая место холодному оцепенению. Она вошла в мраморный вестибюль и попросила разрешения позвонить.
— Мэри? — сказала она, когда ее соединили. — Я плохо себя чувствую. Я поеду домой.
Вечером, завернувшись в халат, она сидела глядя на потухший камин. Она накинула на плечи платок, пытаясь унять озноб, но это не помогало. Ее начинало лихорадить, как только она вспоминала о последнем посещении дома Витвортов: Кэрол Витворт спокойно руководила маленьким собранием, где планировался заговор против ее сына. Ее красивого, великолепного сына. О Боже, как она могла так поступить с ним!
Все в Лорен кипело от бессильной ярости, и она мяла шерстяной платок, страстно желая расцарапать царственное лицо Кэрол Витворт — это тщеславное, надменное и красивое лицо.
Если действительно и был шпионаж, то со стороны Филипа, а не Ника. — Но даже если бы Ник и платил кому-нибудь, чтобы получить информацию, Лорен бы не осудила его. Сейчас она с удовольствием развалила бы компанию Витворта.
Возможно, Ник любит ее — так думает Мэри. Но Лорен никогда не узнает этого. Как только он обнаружит, что она связана с Витвортами, он убьет в себе чувство к ней так же, как уничтожил любовь к матери. Он никогда не поверит ее рассказу, почему она все-таки устроилась на работу в «Синко».
Лорен с презрением оглядела гнездышко, где она так уютно устроилась. Она жила здесь, как избалованная любовница Витворта. Но все, хватит. Она уезжает домой. Она будет работать в двух местах, давать уроки музыки, чтобы иметь достаточно денег, но не останется в Детройте. Иначе она просто сойдет с ума, пытаясь увидеть Ника и понять, думает ли он о ней.
