Битва веков

И чем это закончилось? Во время наступления экспедиционных сил на каких-то дикарей в горах Серро-де-Паско знатный гранд вдруг обнаруживает, что испанская корона изволила напасть на его старшего племянника и, верный своему кровному долгу, исполчает свой удел, объявляет войну Испании и осаждает Мадрид, требуя заключения мира с ним и его племянником!!! Вестимо, удел гранда испанского куда мельче твоего будет, посему больше двухсот копейщиков он вывести не способен, сил для осады хватает только для того, чтобы перегородить дорогу к одним воротам, но он воюет, стреляет и норовит ограбить проезжающих мимо сервов! При короне все сие покамест считают забавным баловством, невинной эксцентричностью и даже не отказали ему от двора, где он ходит, гремя латами неполного доспеха и то и дело щелкая мечом о ножны.

Но ты сам понимаешь, Андрей Васильевич, что терпение правителей не бесконечно и в любой момент смех может смениться приказом посадить гранда в подвал, раз уж ему так хочется повоевать, и поступить с ним, как положено поступать с военнопленными: самого познакомить с гарротой[20], а имение отписать в казну. Посему, как ты понимаешь, отдавать невесту в семью сего гранда до тех пор, пока не определится его будущее, либо будущее его маленькой войны, будет весьма неразумно.

— Ах вот оно в чем дело! — наконец-то понял Андрей, к чему велось столь долгое повествование.

— Князь Друцкий муж весьма мудрый, и на него можно положиться, ошибки не допустит, — завершил свою мысль барон. — Однако же, друг мой, с возвращением твоей семьи, полагаю, случилась изрядная задержка. Впрочем, учитывая грозу, грядущую со стороны Османской империи, сие только к лучшему.

"

"Что интересно, про историю с «осадой Мадрида» князь Друцкий в своем письме не допустил даже полунамека. Ограничился лишь сетованиями о том, что условия брачного контракта слишком запутаны и их согласование затянулось. Полина и дети по большей частью делились впечатлениями о новой, неведомой стране, ее странных обычаях, подозрительной вере и забавных одеждах. Сетовали, однако, что задерживаются. Это было с одной стороны — грустно, с другой — избавляло князя от немалого беспокойства. Вот только на вопрос, когда же, наконец, он сможет присоединиться к ним, князь своим родным ответить пока не мог.

Спустя три недели он уже был у воеводы Михайло Воротынского, вместе с ним совершил долгий объезд укреплений, вернулся с докладом к государю, чуток отдохнул и снова отправился на южное порубежье, встретив в пути Покров. За пару месяцев у князя ничего не изменилось, и Андрей, воспользовавшись вставшими реками, по прочной и гладкой ледовой дороге сделал крюк к себе в Свияжский надел, собираясь забрать с собой сына и его ополчение.