Битва веков

 — Собрать всех до единого и в Москву отправить немедля!

— Тогда сотни твои пусть округ города заставами встают, дабы убегающих ловить. Я же волю твою ныне исполню.

Благодаря старанию местных сторонников, справиться с задержанием участников заговора удалось в считанные дни. Где-то они сдались тихо, иные бояре и купцы укреплялись в домах и отбивались, иные даже отстреливались. Случилось немало убитых и раненых, но силы были не на стороне зачинщиков смуты. Нашлась работа и для опричников: Малюта Скуратов, согласно переданному новгородским наместником списку, разослал отряды в уделы и поместья, где проживали зачинщики бунтов и сторонники покойного князя, на этот час в городе отсутствующие.

Почти все они вернулись с ранеными и убитыми, и многие — без арестованных. В своих усадьбах сторонники шляхетских вольностей дали опричному закону свой последний жестокий бой, погибая вместе с семьями и преданной дворней.

Задержания, переходившие в стычки, длились почти две недели, но в итоге больше двух сотен врагов Иоанна были все же повязаны и сданы в опричный обоз. Государь повернул дальше, к Пскову.

Здесь ему было выдано еще с полсотни недовольных, известных бунтарей и просто подозрительных горожан. За половину месяца, прошедшую со дня смерти Филиппа, царь успел от гнева отойти и в город не въезжал вовсе, ограничившись беседой с известным праведником Николаем Псковским. Опричники шептались, что после смерти праведника Филиппа Иоанн хотел получить благословение хотя бы от христа ради юродивого, но удалось это, нет ли — царь никому не доложил. Просто вышел из кельи чудотворца и велел возвращаться в столицу.

В марте триста недовольных царской властью узников исчезли в московских подвалах Разбойного приказа и оказались надолго забыты. Государя отвлекли от них другие хлопоты: датский принц Магнус получил согласие родичей на брак и приехал за невестой. Москва готовилась к торжествам — и среди шумных хлопот князь Сакульский заметил происходящие при царском опричном дворе странные изменения. Первым среди слуг избранных Иоанновых вдруг обнаружился князь Пронский. Это после событий новгородских князя особо не удивило — но следом на опричную службу был зачислен князь Никита Одоевский, верный и близкий сторонник покойного князя Старицкого, его родственник — сестра Никиты была за князем Владимиром замужем.

Одновременно с Одоевским в опричных воеводах объявился князь Андрей Хованский, двоюродный племянник Евфросиньи Старицкой. Он прежде был боярином и дворецким у князя Владимира. Членом опричнины стал и Никита Борисов, тоже близкая княжеская родня: по матери Евфросинья Старицкая была Борисовой.