Бирюзовый

– Коньки?

– Коньки, коньки! – подтвердила девчонка, энергично тряся головой.

– Зачем тебе коньки? – удивилась в ответ Варя. – Сейчас же лето. Хочешь надувной круг, чтобы плавать?

– Засунь его себе в задницу, – беззлобно посоветовала ей девчонка. – А коньки я хочу роликовые. Ясно вам?

Куда уж ясней! Девчонка себе на уме. И не собирается расставаться с нужной им информацией просто так.

– И сколько? – вздохнула Варя. – Сколько стоят твои ролики?

– Ну… Если хорошие, то и тыщ шесть потянуть могут.

– Давай сойдемся на полутора тысячах рублей? – предложила ей Варя. – Уверена, что за эти деньги ты купишь не только ролики, но и наколенники, и по минимуму остальной комплект.

Девчонка что-то мысленно прикинула и кивнула:

– Хорошо. Только деньги вперед!

– А стоит ли твоя тайна столько?

– Ну, смотрите сами. Только я ведь и номер машины той тетки назвать могу!

Это было уже серьезно. И тянуло не на полторы тысячи, а даже повыше. Варя покопалась в кошельке, достала оттуда тысячу, а вторую зажала в руке.

– Получишь, когда все расскажешь.

Девочка кинула недоверчивый взгляд на деньги, словно сомневаясь, что они ей достанутся, потом вздохнула и начала рассказывать.

Но в этот раз Лене, так звали девочку, не удалось насладиться ментоловыми сигаретами, потому что за дверью, где жили кришнаиты, раздались громкие стоны и рыдания. Лена моментально навострила уши. Вообще-то кришнаиты жили очень мирно. Скандалов у них вовсе не случалось.

Лена подошла поближе и отчетливо услышала, как незнакомый женский голос произнес:

– И теперь мне только и осталось, что лезть в петлю!

– Не говори так! – послышался голос Тани. – Не укорачивай свою жизнь. Она дана тебе Высшим разумом, и не тебе решать, когда и как ты умрешь.

– Какой же он негодяй! Просто в голове не укладывается! Тебе хорошо говорить! Сидишь себе, мантры свои бубнишь! А мне что делать?"

"– Хочешь, садись со мной, – миролюбиво предложила гостье Татьяна. – Бубни мантры. Места всем хватит.

Но другая женщина не хотела. И зарыдала еще горше:

– Прости меня! Прости, Танюшка. Сама не знаю, что говорю. От горя совсем помешалась. Свою ближайшую подругу обидела! Прости!

– Я все понимаю. И обиды на тебя не держу. Но ты не права, что так убиваешься. Любому горю можно помочь.

– Только не моему! Самая дешевая хрущевка нынче стоит не меньше ста тысяч долларов. А где ты найдешь доброхота, который даст мне сто тысяч?

Татьяна замолчала, а потом внезапно произнесла:

– Кажется, я знаю такого человека.