6
0Думаю, жить не смогу, пока не отомщу!
– Вот, сгоряча-то ничего решать нельзя, – наставительно произнесла старшая сестра. – Посидели, подумали, разработали план. Теперь видишь, раз хозяина нет, то и Квазимоду этого убрали. А вы, – она повернулась к котам, – не смейте на площадку выбегать.
Коты упрямо мяукнули – весна, мол, не можем себя преодолеть.
Сестры выпили еще по две рюмочки, доели бутерброды и расслабились.
– Глядя на луч пурпурного заката… – проникновенным голосом начала Клавдия Андреевна.
– Стояли мы на берегу Невы… – вторила ей Глафира Андреевна.
– Вы руку жали мне… – но что это?
Из квартиры сверху раздался звон, грохот ударных, и дурной голос заорал что-то на непонятном языке.
– Да что же это такое! – в сердцах воскликнула Глафира Андреевна. – Клаша, ну сил же нет, опять этот Вовка музыку свою включает на полную мощность. Клаша, жить не смогу, пока магнитофон его дурацкий не сломаю!
Клавдия Андреевна отставила рюмку и внимательно поглядела на сестру.
– Опять ты торопишься, Глафира, – укоризненно сказала она. – Надо сесть, спокойно подумать, как лучше сделать. А ты порешь горячку.
Глафира пристыженно молчала, устремив глаза на шкаф, где стояла медная старинная ступка с тяжелым пестиком.
Валентин уныло листал дело об убийстве Анатолия Матренина и со страхом думал, что скажет начальству. Откровенно говоря, в деле этом он не продвинулся ни на шаг, даже хахаля сердобольной соседки Ирины Маркеловой пришлось выпустить за отсутствием улик. Единственным достижением было избавление от бультерьера Квазимодо.
Капитан Мехреньгин вздохнул и подпер щеку рукой, как царевна Несмеяна из сказки.
Дверь кабинета открылась. На пороге появилась симпатичная девушка невысокого роста в строгом офисном костюме.
– Девушка, вы к кому? – пробасил Жека, оживленно приподнимаясь из-за стола.
– Что, я так сильно изменилась? – кокетливым тоном проговорила посетительница.
– Не понял… – Жека от волнения охрип и залился краской.
– Ты чего, Жека, – Мехреньгин удивленно взглянул на напарника, – это же Галя Кузина, практикантка наша…
– Чего?! – Жека уронил папку с протоколами, нагнулся поднять, снова выпрямился и уставился на Кузину.
"– А что – не нравится? – Галя бросила взгляд на свое отражение в дверце шкафа, поправила волосы. – Да мне самой не нравится, я так не привыкла… мне Валентин Иваныч для дела велел…
– Нет, мне нравится… то есть, я хотел сказать… да я не знаю… – и Жека, красный как помидор, вылетел из кабинета.
– Что это с ним? – удивленно спросила Галя.
