1
0
– Слушаю вас? – Он нагло оглядел Жанну с головы до ног, алчно облизнулся и уточнил: – Вы ко мне?
– Обойдешься! – фыркнула Жанна, искренне себя не понимая: как ей раньше могло такое безобразное нагромождение мускулов нравиться. – Вероника где?
– Вероника? Вероника в ванной. – И он выразительно осмотрел свою мокрую майку.
Купает? Он ее купает? Фу, гадость какая, подумала Жанна, и сто процентов она не завидовала. Небрежным движением ткнула парня в грудь, повелевая отойти от входа, шагнула за порог и громко крикнула:
– Вероничка! Вероничка, где ты? Ау!
Шум воды за большой стеклянной дверью стих, послышался всплеск, и через мгновение подруга выглянула из ванной наружу, замотанная в полотенца с головы до ног.
– Жанка? – почему-то шепотом, удивленно воскликнула подруга. – Ты? Как… Как ты меня нашла?
– Добрые люди подсказали, – хмыкнула та, небрежно скинула на руки бойфренда Веронички дорогущий полушубок и, грациозно вышагивая, пошла в комнату.
Комната, как оказалось, была одна. Большая, светлая, с дорогой мебелью и огромным белоснежным меховым покрывалом на широченной кровати. Жанна тут же представила загорелые тела Веронички и ее мускулистого друга на этом покрывале, и чуть-чуть, самую малость, позавидовала. Что ни говори и как ни крути, а необузданность и неутомимость молодости куда приятнее возрастной степенной опытности того же Стаса, к примеру. Экономно расходуя энергетический ресурс, ее пожилой любовник очень часто дремал после секса. И о том, чтобы помучить ее второй раз и третий, и речи быть не могло. Особенно в последнее время.
Жанна, не особенно церемонясь, села на кровать и попрыгала. Мягко, упруго, то что надо! Она уставилась на Вероничку, которая прямо в полотенцах села напротив нее на велюровый угловой диван. Юноша застыл в дверях.
– Отошли парня за… – Она нарочито наморщила лоб. – За мороженым!
– Но… – Вероника растерянно глянула на парня.
– Отошли! – потребовала Жанна, и роль властной подруги, являющейся посланницей авторитетных людей, ей неожиданно страшно понравилась. И она добавила: – Так надо!
Вероничка выпорхнула, тесня его в прихожую. Долго шепталась с ним, шуршала тряпками. Потом, утробно похохатывая, и Жанна даже догадывалась – почему, вытолкала его из квартиры. Вернулась к ней в длинном трикотажном платье с вырезом до пупа, надетом на голое тело. Тело, без ложного, было прекрасным. Деньги Алекса все еще работали!
– Сядь, подруга, – приказала, не попросила Жанна, кивком указывая на диван.
– Ты чего это раскомандовалась-то? Стасик твой, насколько мне известно, в тюрьме. И вряд ли в ближайшее время оттуда выйдет. И твое положение куда незавиднее моего. Смотри, как бы не пришлось у меня койко-место снимать.
