Бессердечный граф

Кэтлин начала качать головой еще до того, как он закончил говорить.

– Эти люди на протяжении нескольких поколений занимались только фермерством, оно у них в крови. Отобрать у них землю означает сломать их.

Девон знал, что она отреагирует именно так: на первом месте люди, а бизнес – на втором, – но это не всегда возможно.

– Речь идет всего о четырех семьях из двухсот. Если мы не заключим сделку с «Лондон айронстоун», своих ферм могут лишиться все арендаторы Эверсби.

– Должен быть какой-то другой путь, – настаивала Кэтлин.

– Если бы был, я бы его нашел.

Она не знала о бессонных ночах и изнурительных днях, которые он провел в поисках других вариантов. Хорошего решения не существовало, приходилось выбирать среди плохих, и этот был наименее болезненным из всех. Кэтлин смотрела на него с таким видом, словно он отбирал корочку хлеба у сироты.

– Но…

Девон потерял терпение.

– Не давите на меня! Мне и так тяжело, не хватало еще лицезреть эту подростковую драму.

Кэтлин побледнела. Не слова ни говоря, она развернулась и решительно ушла из библиотеки.

Уэстон со вздохом посмотрел на брата.

– Молодец! К чему возиться, убеждать, когда можно просто заткнуть рот и заставить подчиниться.

Не дожидаясь ответа, он последовал за Кэтлин.

Глава 13

Кэтлин прошла уже половину коридора, когда Уэстон догнал ее. Хорошо узнав Кэтлин и зная Девона лучше, чем кто бы то ни было, он мог с уверенностью сказать, что эти двое пробуждают друг в друге самое худшее. Он с досадой подумал, что, когда они находятся в одной комнате, эмоции вспыхивают, а слова превращаются в пули. Черт его знает, почему им так трудно общаться цивилизованно.

Он окликнул ее, она остановилась и повернулась к нему лицом, вмиг осунувшимся, с губами ниточкой. Уэстону не раз доводилось ощущать на себе вспышки гнева брата, и он знал, как глубоко они могут ранить.

– Девон не виноват в финансовой катастрофе поместья. Он только пытается свести к минимуму жертвы. Вы не можете его в этом винить.

– Тогда скажите, в чем могу.

– В этой ситуации? – уточнил Уэстон. – Разве что в том, что он не витает в облаках.

Кэтрин посмотрела на него с укоризной."

"– Выходит, он готов пожертвовать четырьмя семьями, чтобы выжили остальные? Неужели нет какого-то другого способа.

Уэстон потер затылок: после двух ночей, проведенных на комковатом матрасе в фермерском доме, у него затекла шея.

– Друг мой, жизнь редко бывает справедлива. И вы это прекрасно знаете.

– Вы можете как-то повлиять на графа, чтобы изменил решение? – попыталась уговорить его Кэтлин.

– Нет, потому что я с ним согласен. Правда состоит в том, что, как только мы отдадим землю в аренду «Лондон айронстоун», тот крошечный участок на востоке поместья станет нашим единственным надежным источником дохода.