Бессердечный граф

Всю жизнь он любил только одного человека – мою мать. И она безумно любила его. Это романтично, но ребенку трудно понять.

– Откуда у вас такое извращенное представление о романтике? – спросил Девон.

Сарказм в его голосе вызвал удивление у Кэтлин, а он продолжил:

– Любить кого-то одного на всем свете – это романтика? А как же любовь к детям? Независимо от того, как ваши родители относились друг к другу, это не давало им права отказаться от всякой ответственности за их единственного ребенка. Хотя, видит бог, жить с Бервиками было лучше для вас. – Он крепче сжал ее руку. – Если хотите, я телеграфирую управляющему фермой, чтобы он выяснил больше подробностей о состоянии вашего отца.

– Я бы этого хотела, – призналась Кэтлин, – но, боюсь, это ему не понравится.

– Тем лучше.

Девон коснулся эбонитовой камеи у нее на шее и поправил ее. Кэтлин серьезно посмотрела на него.

– Когда-то я жалела, что не родилась мальчиком: думала, что тогда родители интересовались бы мной больше. Или, может, будь я красивее или умнее…

Девон погладил ее щеку, не давая возможности отвернуться.

– Дорогая, вы и так уже даже слишком красивая и умная. И если бы вы были мальчиком, это ничего бы не изменило. Проблема не в этом. Ваши родители – всего лишь парочка эгоистов. И чтобы вы ни считали своими недостатками, быть недостойной любви не входит в их число.

На протяжении этого странного разговора его голос звучал все тише, пока не превратился почти в шепот. Кэтлин завороженно смотрела на него и думала: «Он не собирался это говорить и, несомненно, жалеет об этом». Они не отрывали друг от друга взгляда. Смотреть в его синие глаза было все равно что тонуть, погружаться в бездонную глубину, откуда она может и не подняться на поверхность. Кэтлин с трудом отвела взгляд, разрывая связь.

– Поехали со мной в Лондон, – сказал Девон. – В ближайшие две недели я должен уехать, дела. Возьмите с собой девочек и горничную. Это пойдет на пользу всем вам. В это время года в Гэмпшире нечего делать, а Лондон предлагает множество развлечений.

– Вы же знаете, что это невозможно, – нахмурилась Кэтлин.

– Но почему? Ах да, траур…

– Вот именно.

В его глазах сверкнули озорные искорки, и Кэтлин это не понравилось.

– Об этом я уже подумал. Будучи не так хорошо знаком с правилами приличия, как вы, я решил проконсультироваться с одним из столпов общества о том, какие занятия позволительны для молодой женщины в вашем положении.

– Каким столпом общества? О чем вы говорите?

Девон удобнее усадил ее у себя на коленях, дотянулся до другого края стола и взял письмо, лежавшее рядом с его тарелкой."

"– Сегодня не вы одна получили корреспонденцию. – Он торжественным жестом достал из конверта письмо.