Бессердечный граф

Ты же понимаешь, что я столько платить не могу, вот моя прислуга и решила, что, может, ты еще кого возьмешь.

Уинтерборн рассмеялся, а потом, уже серьезно, заметил:

– Тренир, я здесь с ума сойду. Мне нужно как можно скорее вернуться в Лондон.

– Доктор Уикс сказал, что с костылями ты сможешь ходить недели через три.

– Мне нужно уложиться в две.

– Понимаю, – протянул Девон.

– И у меня к тебе просьба: сможешь приютить кое-кого из моего персонала на пару дней? Мне нужно выяснить, как там дела в мое отсутствие.

– Конечно, рад буду помочь.

Риз был очень благодарен Девону, но при этом чувствовал себя неуютно, поскольку не привык быть обязанным кому бы то ни было.

– Я и так перед тобой в долгу за то, что спас мою шкуру. Теперь я хочу отплатить тебе за любезность.

– Если ты собираешься давать мне советы по вопросу сдачи земли в аренду под железную дорогу, будем считать, что мы квиты.

– Я сделаю больше, если позволишь мне взглянуть на финансовые документы поместья и расчеты доходов от аренды. В Англии сельское хозяйство – плохая инвестиция. Тебе нужен доход от чего-то еще, кроме фермерства.

– Уэстон подготовил некоторые соображения, благодаря которым ежегодный доход должен увеличиться как минимум наполовину.

– Это хорошее начало. Если повезет, можешь в конце концов добиться, чтобы имение стало самоокупаемым, но прибыли все равно не получишь. Надо вложиться во что-то еще, кроме земли: например, в производство или городскую недвижимость.

– Проблема в капитале.

– Это не обязательно должно быть так.

Девон взглянул на друга с интересом, но Риз вдруг замолчал: взгляд его случайно упал на тонкую фигуру в темном, мелькнувшую мимо открытой двери. Он увидел ее лишь мельком, но этого оказалось достаточно, чтобы вызвать у него острую реакцию.

– Постойте! – воскликнул он так громко, чтобы его голос был слышен в коридоре. – Кто только что прошел мимо двери, зайдите сюда!

В завораживающей тишине на пороге возникла девушка с тонкими чертами лица и большими, широко посаженными серебристо-голубыми глазами. Она стояла на границе круга света от лампы, и ее светлая кожа и золотистые волосы, казалось, сами излучали свет – такой эффект Риз видел у ветхозаветных ангелов на картинах."

"«В этом есть изюминка», – бывало, говорил его отец, когда хотел описать что-то высочайшего качества, изящное, утонченное и совершенное. О да, в этой женщине определенно была эта самая изюминка. Из-за хрупкости фигуры она казалась выше своего среднего роста. Под платьем с высоким воротом вырисовывалась высокая грудь красивой формы, и на одно головокружительное мгновение Риз вспомнил, как его голова лежала на этой груди, когда она поила его чаем с орхидеей.

– Скажите что-нибудь, – потребовал он грубовато.