7
0Я оставляю в его памяти сюрприз — тщательно спрятанный «триггер», который сработает в нужный момент.
* * *Капитолийский холм, Рим
На следующий день понтифик Аврал, с трудом сдерживая гримасу боли, сидит напротив Юпитерского, который раздражённо листает газету.
— Дерьмо Юпитера! Да что это за гадство!
Каждое движение отдаётся неприятными ощущениями, но Аврал старается не подавать виду. Юпитерский рычит. На первых полосах газеты — язвительные статьи, где аристократы открыто критикуют жреческую политику Юпитерского. Инцидент с пинком статуи стал тем самым спусковым крючком, и теперь недовольство в высших кругах звучит всё громче.
Юпитерский, охваченный яростью, швыряет газету на стол и говорит с раздражением:
— Имперские сановники уже не стесняются своих слов и готовы перейти к открытым призывам. Цезарь объявил мне настоящую информационную войну, и дела принимают опасный оборот. Нужно срочно что-то предпринять, пока ситуация окончательно не вышла из-под контроля.
— Ваше Преосвященство, можно я встану? — сипло спрашивает Аврал, но Юпитерский, не слушая его, резко заявляет:
— Нам нужно поймать этого телепата и сделать его Аватаром.
Аврал, всё же чуть привстав, предлагает:
— Может, стоит дождаться завершения конфликта графа с Луцием? Они ослабят друг друга.
Юпитерский сердито поворачивается к Авралу, его взгляд полон неприязни.
— Ты кретин⁈ Луций может убить его! — отрезает он — И тогда как мы получим Аватара⁈ Пошел вон отсюда! От твоих советов тошно!
Аврал с облегчением на лице поднимается и молча покидает кабинет. Прихватив из своих покоев сумку, понтифик направляется в подземелье под храмом Януса.
Псарь, заметив Аврала, удивлённо поднимает голову; понтифик редко посещает это мрачное и зловещее место.
— Что-то случилось, господин? — спрашивает он с интересом.
Аврал, бросая псу кусок мяса, недовольно произносит:
— Захотелось порадовать наших дорогих охранников.
Он с удовлетворением наблюдает, как псы жадно поедают угощения, даже не замечая спрятанных сюрпризов, оставленных в каждом кусочке.
* * *Мы с жёнами, Настей и другими приглашёнными отправляемся на вечер к домине Виргинии. Подъезжая к парковке, я замечаю Луция, который только что выехал из роскошной машины. Тачка у него просто помпезная — с блестящими серебряными дисками и невероятным тюнингом, который делает её заметной даже в этом избытке автомобилей. Люди вокруг собираются, с интересом переговариваются, а сам Луций, кажется, гордо выпячивает грудь, словно павлин.
