Белогор. Миротворец

 – Обычный воин непобедимой Армады славного императора Басмана! Нам сказали идти, мы и идём!

– О, как! – тут же заинтересовался я, – И кем повелевает император Басман?

– Как же? – залепетал Козэн, – Могучий и Сиятельный Император повелевает Нергалом! Его мощь велика, и простирается сразу на три королевства из двенадцати!

– Барон, – с ленцой обратился я к Прету, – Вы б записывали!

Карильон лишь молча указал головой на Второго, который, сидя на корточках, что-то стремительно строчил в книжицу. Я восхищённо кивнул, и вновь повернулся к пленному:

– Какими королевствами управляет ваш император?

– Нергалом, со славной столицей Катгый, а ещё Кочеленом и Дингезом, – ответил пленный, умудрившись даже на коленях гордо распрямить плечи.

 – Но придёт время, и под крыло нашего Императора придут все королевства. Особенно когда мы добудем…

Тут пленный испуганно умолк, и вжал в плечи голову.

– Ну-ну, – поощряюще улыбнулся я нергальцу, – Не стесняйтесь, друг мой.

Увидев, что нергалец не собирается продолжать, я сделал голос ещё более мягким:

– Козэн, уже через несколько минут я буду невероятно опечален.

Сказать, почему?

– Почему? – прошептал нергалец.

– Видите этого скромного дружинника, стоящего рядом с вами?"

"Нергалец испуганно повернул голову и взглянул на моего телохранителя Эриуса – дюжего свирепого охотника Пустоши, в последнюю очередь выглядевшего скромным. Тот, увидев взгляд Козэна нахмурился, отчего его свирепое, пересечённое огромным застарелым шрамом лицо, ещё больше исказилось. Нергалец быстро перевёл взгляд на меня, и тягуче сглотнул, отчего кадык дёрнулся на его тощей шее, будто мячик пинг-понга на ракетке. Я понимал южанина.

Сам иногда вздрагивал, когда видел лицо своего охранника. Дождавшись, когда нергалец кивнёт на мой вопрос, я продолжил всё так же спокойно и размеренно:

– Если вы будете молчать, или надумаете соврать, мне, к моему огромному сожалению, придётся через минуту приказать ему начать вырывать у вас ногти и зубы.

Увидев, как побледнел и покрылся испариной Козэн, я продолжил:

– Рвать ногти и зубы он будет по очереди, чтобы вы не привыкли к однотипной боли. Вначале ноготь на вашем указательном пальце правой руки. Взгляните на ваш ноготь! Быть может, вы видите его последний раз, – сказал я часто задышавшему Козэну.

Когда южанин посмотрел на свои связанные руки, я продолжил: – А после этого он сразу же вырвет у вас зуб. Вырвет с хрустом. Жёстко. И очень-очень больно. Скорее всего, зуб сломается, осколки его будут терзать вашу десну ежесекундно, и болеть от каждого вздоха.

Воображение у южанина оказалось замечательным, по щекам нергальца бесконтрольно покатились слёзы вперемешку с потом. Руки дрожали, и весь он как-то обмяк и скукожился.