3
0– Очень счастлив за тебя, Стрелка!"
"Аглая заканчивала красиво и изысканно сервировать стол в летней беседке, с удовольствием разглядывая результаты своих трудов. Надо признать, с Алтаем они несколько даже переусердствовали – помимо пирога, доходившего на самом малом огне в духовке, совершенно потрясающих котлеток из лося, приготовленных Колей и втихаря от него уже попробованных Глашкой, они нарезали пару салатов невероятной вкусности, разложили на большом блюде овощи, Аглая расстаралась десертом, ждавшим своей очереди в холодильнике. И только тогда с сомнением поинтересовалась:
– Коль, а мы не перестарались?
– Нет, – заверил Алтай и загадочно проинформировал: – Будет еще один гость, вернее, гостья.
Аглая присмотрелась к выражению его лица и вопросительно-удивленно приподняла брови.
– Ну, вот я тебя с ней и познакомлю! – ответил на не озвученный ею вопрос Коля.
– Это что, серьезно? – забеспокоилась о друге Аглая.
– Вряд ли, но пока не знаю.
И в этот момент, когда все было готово и, что называется, «под парами», в калитку громко и настойчиво постучали. Гораций зашелся в лае…
А Аглая вдруг испугалась, почувствовав в позвоночнике предупреждающий холодок, и, ухватив Алтая за руку, прошептала:
– Не открывай! Спусти Горация с цепи!
– Стрелка, ты чего? – удивился ее испугу Коля.
– Не открывай! – уговаривала Глашка.
Алтай присмотрелся к ней внимательней. Он привык доверять предчувствиям Глаши, по опыту зная, что она практически никогда не ошибается. В калитку уже молотили основательно, и кто-то, издавая много шума, пытался ее перелезть.
– Иди в летнюю пристройку и не высовывайся, пока я не позову! – приказал Коля спокойно и, проследив взглядом, как она бегом понеслась к дальнему краю участка, пошел открывать.
Генералов, довольный результатами поисков и некоторыми предпринятыми профилактическими действиями, потянулся, посмотрел на часы и сильно удивился – прошло около полутора часов, а Аглая с приглашением на торжественное мероприятие не спешила.
Он с ощущением удовольствия и тепла в груди первый раз набрал номер сотового телефона Аглаи Стрельниковой, запоминая его сразу и навсегда, как «Отче наш».
После первого же гудка вызов прекратился, в трубке что-то зашуршало, и Глеб еле разобрал Глашин шепот.
– Я не могу сейчас говорить, – старательно понижая голос, сообщила она.
– Почему? – напрягся Генералов.
– Я тут прячусь, – придушенным шепотом объяснила Аглая.
– От кого? – уже приблизительно понимая, в чем дело, спросил Глеб.
– От Горбоноса и его охранников, – шептала Аглая. – Сейчас им Коля объяснит, что меня здесь нет и… – И он услышал ее громкое: – Ой! – Потом в трубке зашебуршило, и раздались короткие гудки отбоя.
Ладно.
