Бастарды

Свинтив яблоко, он снял рукоять и гарду. Отложив их в сторону, он открыл заслонку и, читая молитву, медленно опустил обломки в печь.

Не переступая пентаграмму, Ал-Тор внимательно наблюдал за происходящим. В момент, когда сломанный клинок опустился на почти раскаленный металл, ему показалось, что по обломкам пробежали сполохи голубого пламени, и старинная бронза словно засветилась изнутри. Одобрительно кивнув в очередной раз, кузнец обернулся к воину.

– Он и вправду принял тебя, воин. Он принял твою кровь, твой дух. Значит, у нас все получится, – улыбнулся мастер и присел на табурет.

Ал-Тор, глядя на него, опустился на стоявший рядом бочонок с подковами. Так они просидели почти весь день. Молча, думая каждый о своем. Только иногда кузнец заглядывал в жерло печи, проверяя результат своих действий и добавляя в смесь какие-то порошки и травы.

Через три дня мастер разбудил Ал-Тора грохотом отброшенной заслонки и ревом взбешенного слона.

– Хватит дрыхнуть, лентяй иблисов! Форму сюда, быстро!

Подскочив на своем жестком ложе, Ал-Тор, не успев даже как следует продрать глаза, метнулся к приготовленной заранее форме и бросил ее на указанное место.

Быстро поправив ее ногой, кузнец взмахнул кувалдой, и с одного удара пробил нижний край печи. Брызнули в разные стороны обломки камня, и в подставленную форму хлынул кипящий металл.

Не обращая внимания на капли, прожигающие кожаные штаны, кузнец подхватил кочергу и принялся шуровать ею в печи, выгребая остатки металла. Голыми руками взяв форму, он шагнул за пентаграмму и, в полный голос читая молитву, опустил ее в корыто с водой.

Форма зашипела, и только тут Ал-Тор понял, что кузнец работает, не надевая кожаных рукавиц. Невольно вздрогнув, он скосил глаза на ладони мастера. На его удивление, огромные ладони кузнеца не покрылись волдырями, как это должно было быть. Удивленно покрутив головой, Ал-Тор продолжил наблюдать за мастером.

– Хватит башкой трясти. Помогай. – Прогудел кузнец, хватая форму за одну сторону. Недолго думая, воин сунул руки в корыто и взялся за другую сторону формы. Подняв ее, они быстро перевернули форму над столом. Заготовка, отдаленно напоминающая меч, упала на старое дерево, издав странный звук. Воин недоуменно посмотрел на кузнеца. Наклонив голову набок, мастер внимательно прислушивался к звуку. Помолчав, он одобрительно кивнул и взялся за клещи. Сунув болванку в горн, он помешал уголь и кивнул Ал-Тору:

– Раздувай.

Молча, взявшись за рычаг, воин принялся качать мехи, нагнетая воздух в горн. Разогрев заготовку добела, кузнец быстро переложил ее на наковальню и, указав воину на огромный молот, подхватил молоток поменьше.

Подчиняясь заданному молотком ритму, молот с грохотом опускался на наковальню, плюща металл в указанном молотком месте.