4
0И спокойно отвернулся, когда я, почесав затылок, все-таки решила предпочесть общество более простого, открытого и понятного до последнего коготка Роара.
– Проблем поутру не было? – вполголоса поинтересовалась я, когда вожак уехал вперед и уже не мог нас услышать.
Рыжик, придержав меня за талию, мотнул головой:
– Если не считать того, что он говорить разучился, то нет.
– Что, совсем ничего за сегодня не сказал? – не поверила я.
– Ни словечка."
"– Может, он все-таки разговаривает, просто не с нами? – предположила я, бросив на широкую спину вожака изучающий взор.
– Может, – согласился рыжик. – В любом случае он сегодня спокойнее, чем накануне. Есть надежда, что скоро вовсе придет в себя и снова начнет ворчать.
Я только вздохнула. Но мне тоже показалось, что стоит на время оставить вожака в покое. Вряд ли за ночь он успел разрешить все разногласия со своим зверем. Так что пусть покопается в себе, подумает, все взвесит, оценит и переоценит собственную жизнь. Если повезет, за день-другой Рокхет вернет былое спокойствие и мы сможем нормально добраться до северных лесов.
– Почему он покинул стаю? – снова спросила я через некоторое время.
Роар, задумавшись о своем, аж вздрогнул от неожиданности:
– Чего?
– Когда мы впервые встретились, ты назвал его Рокхет-орром, – напомнила я. – Это довольно высокий титул. Почему Рокхет им пренебрег?
Рыжик замялся:
– Он вообще-то претендовал на титул полноценного вожака. По рождению он – «арр»[4]. Однако пару так и не нашел. А без этого у нас, сама знаешь, вожаком стать нельзя. Вот он и ушел, оставив стаю на младшего брата.
Я чуть не крякнула от таких известий:
– Хочешь сказать, его ни одна волчица не захотела выбрать во время гона?!
– Гон – это другое, – криво улыбнулся Роар. – Когда идет гон, одинокие волчицы на него скопом бросаются. Но ты же знаешь, какой он гордый. Женщина на одну ночь ему не нужна. А такую, чтоб на всю жизнь, он так и не выбрал.
– Во дела… такой мужчина – и вдруг одиночка? Очень странно, – вынужденно признала я. – Что ж он тогда к друидам подался? Там ведь ваших сородичей почти не водится.
Рыжик пожал плечами:
– К людям не захотел – с ними порой бывает… всякое. А друиды не предадут за гроши. У них все честь по чести, да и служба спокойная. Там границы осмотреть, тут от завалов избавиться, здесь владыку сопроводить – загляденье, а не служба. К тому же, – степной вдруг понизил голос, – у владыки видение было. Он сказал, что свою пару Рокхет все же найдет. Как раз у них, у друидов. Вот мы и остались. Наран даже семью свою туда перевез. Ну а мне и вовсе пока без разницы, где быть. Мне свою пару еще лет двадцать дожидаться.
Я усмехнулась:
– Тоже владыка пообещал?
– Ага.
– Все с вами ясно, лохматые.
