3
0Всё-таки угадал, что значит «ЗХ» в одном из положений рычага! Машина, натужно заурчав двигателем, плавно вылезла из кювета. Прямо перед лобовым стеклом идёт битва, приближающаяся к своему законному финалу. Обороняющиеся уже практически окружены гоблинами, и жить им осталось от силы пара минут. « Спецназ своих не бросает». Эту фразу в меня крепко вбили. В данном случае свои — это люди.
— Идём на выручку! — кричу я Семёну. — Отстреливай зелёных. Как только заеду за разбитые джипы, прикрой парней огнём во время эвакуации. Где кнопка открывания багажника?
— Идиот! Отставить!
— Ты мне не командир! Кнопка где? — повторяю я вопрос, вдавливая «тапку в пол» и ставя рычаг в позицию «ПХ».
— Мудак! Справа на руле! Нажми два раза!
Тут же генеральский телохранитель начинает стрелять длинными очередями. Ну а что ему теперь остаётся? Только выполнять мой план, так как управление перехватить не успеет. Чувствуется, что Сеня профи. Гоблины падают один за другим, не успевая перестроиться на новую опасность, зашедшую им сбоку.
Двигатель под капотом реально мощный. Двести метров преодолеваем моментально, взяв изначально крутой разгон. Чуть было не проскочил мимо. Останавливаемся под прикрытием разбитых джипов. Багажник уже открыт. Сеня продолжает лупить из пулемёта, пока трое израненных бойцов не оказались в салоне.
— Всё! Гони! — орёт один из телохранителей. — Больше живых нет!
Снова срываюсь с места, удивившись, насколько этот тяжеленный джип быстр. Вслед нам раздаётся сильная стрельба. Пули со звоном рикошетят от брони. Мои пассажиры, высунувшись из открытых окон, огрызаются в ответ.
Секунд через пятнадцать бой прекращается. Мы выбрались из смертельной ловушки. Но я не прекращаю гнать по зимней обледеневшей дороге.
— Семён! — говорит один из спасённых. — Спасибо, конечно, но это нарушение устава. Ты должен был спасать генерала Ростоцкого, а не нас.
— Нашему водиле про устав расскажи. Он отказался выполнять мои распоряжения. Пришлось экспериментировать на ходу. Как генерал?
— Бывало и хуже. Сотрясение сильное, всего лишь. За зону глушилок выедем, сам себя быстро в чувство приведёт. А ты кто? — обращается незнакомый телохранитель уже ко мне.
— Прохожий, — отвечаю ему, не отрываясь от дороги. — Ехал в автобусе, когда пальба началась.
— Куда ехал? Как за рулём оказался?
Ответить не успеваю, так как голос навигатора, что сияет огромным экраном на приборной панели, сообщает.
— Через три километра опасный участок. Ремонтные работы. Снизьте скорость до сорока вёрст в час. Держитесь правой полосы.
Немного отпустив газ, смотрю на карту. Достаточно крутой поворот на ней подсвечен мигающим красным и горит число сорок. Туда ехать не хочу. Зато есть небольшая лесная дорожка через триста метров.
