Бархатная клятва

Он даже не взглянул на горящие стены, которые грозили рухнуть на него, а только еще быстрее замахал топором, стараясь столкнуть бревна внутрь каменных стен первого этажа, где их поливали водой."

"Рейн знал, что нет смысла еще раз предупреждать Гевина. Он устало кивнул измученным людям, давая понять, что нужно продолжать растаскивать деревянные стены. Рейн был изнурен сверх меры, но все же ему удалось поспать четыре часа — на четыре больше, чем Гевину. Ему по опыту было известно: если хоть малая толика того, что его брат считает своим, подвергается опасности, он не будет ни спать, ни есть, пока не убедится в том, что угроза ликвидирована.

Рейн затаив дыхание наблюдал, как Гевин работает под горящей стеной, которая могла рухнуть в любое мгновение, и надеялся, что тот скоро закончит растаскивать бревна и спустится на землю. Все то время, что его брат соперничал в скорости с огнем, Рейн ругался сквозь зубы. Торговцы и крепостные в ужасе шарахались, когда стена огня металась из стороны в сторону. Рейну очень хотелось взять Гевина за шиворот и спустить вниз, но он знал, что уступает старшему брату в силе.

Наконец последнее бревно упало внутрь каменных стен, и Гевин ринулся к лестнице. Едва он коснулся земли, как Рейн, преодолев разделявшее их расстояние и оттолкнув его в сторону, обрушился на него, чтобы спасти от наступавшего огня.

— Черт бы тебя побрал, Рейн! — взревел Гевин. — Ты чуть не придавил меня. Слезай!

Рейн давно привык к тому, что Гевин обидчив. Он медленно поднялся. Все его тело болело от двух дней тяжелейшей работы.

— Так-то ты благодаришь меня за то, что я спас тебе жизнь! Какого черта ты стоял там так долго? Еще пару секунд — и ты бы поджарился.

Гевин тоже поднялся. Его почерневшее от копоти лицо обратилось в сторону дома, где он только что работал. Пламя бушевало внутри каменных стен, поэтому можно было не бояться, что оно перекинется на соседние постройки. Удовлетворенно отметив, что остальные здания в безопасности, Гевин повернулся к брату.

— Как я мог допустить, чтобы дом сгорел? — спросил он, растирая плечо, которое он повредил, когда на него налетел Рейн. — Если бы огонь не остановили, от города ничего бы не осталось.

Глаза Рейна блеснули.

— Лучше потерять сотню домов, чем тебя. Гевин улыбнулся. Его ровные белые зубы ослепительно засверкали на фоне покрытого копотью лица.

— Спасибо, — проговорил он. — А вот мне кажется, что лучше лишиться куска мяса, чем отдать огню еще один дом.

Развернувшись, он направился к людям, которые поливали водой строение, стоявшее рядом со злополучным домом. Рейн пожал плечами и ушел.

Гевин стал хозяином поместья Монтгомери, когда ему исполнилось шестнадцать лет, и он с большой ответственностью отнесся к новым обязанностям.