1
0Словно я сказала нечто мерзкое, что изменило его отношение ко мне.
В приемной было уже темно, секретарь ушла домой, я стояла посередине большого кабинета, Андрей сидел за своим столом, хмурил брови.
— Саша, твоя беременность — это твои проблемы, у меня сейчас полно своих. Мне абсолютно все равно, что ты сделаешь, я могу дать деньги на аборт, но не более. Да и какие гарантии, что он мой?
— Как ты…как ты можешь, так говорить…я ведь только с тобой…я ведь люблю тебя.
Я плакала так сильно первый раз в жизни, даже после неудачной попытки отчима меня изнасиловать, даже после предательства собственной матери у меня не было такой истерики.
— Саша, не смеши меня, какая может быть любовь? То, что мне нравилось в тебе, этого давно уже нет, ты уже не трогательная девственница, к тому же беременная.
Андрей говорил спокойно, без эмоций, в голосе чувствовалось раздражение, я стояла, ломая пальцы, смотрела на него сквозь слезы и не понимала, как такое возможно.
— Ты хочешь убить своего ребенка?
— Мне все равно, у меня есть двое детей и жена, разве ты не знала? Ты совсем наивная дура? И решила, что ради тебя я брошу все? Ты отработала прекрасно, а теперь свободна.
— Я не понимаю, что значит отработала?
— Неважно. Завтра получишь расчет, и мой тебе совет: не попадайся мне на глаза.
— Но…Андрей…
— Я оставлю денег на аборт. Выйди из кабинета и закрой дверь, у меня важный звонок.
Казалось, что мой мир рухнул, я за считанные секунды упала с обрыва в пропасть, и меня придавило каменной плитой. Это была трагедия, мой первый плачевный опыт общения с мужчинами, которые используют, а после ломают ненужных им кукол.
Я, глупая, потом обивала порог его офиса, даже загородного дома, пытаясь посмотреть еще раз в глаза этому человеку и в очередной раз понять, что я для него никто. После этого каким-то волшебным образом любой работодатель, услышав имя Аверина Александра, не брал меня на работу.
Но самое интересное, что через год, когда после тяжелых родов появилась на свет Ангелина, я узнала, что на место помощника секретаря Сафронова я попала неслучайно.
Это был хитрый ход отчима, который, зная слабость влиятельного Сафронова и имеющего хорошие связи человека к девственницам, практически продал меня ему, нет, не за деньги, за три контракта и два госзаказа.
Жданов явился сам, чтоб утешить меня, начал приставать, но, получив отказ, рассказал обо всем, смеясь в глаза. С рождением дочери все ушло на второй план, она стала моим ангелом, моим счастьем, моей верой в то, что ради нее стоит жить дальше.
Вот и сейчас мне всего лишь нужно немного потерпеть и не дать себя обмануть. Не верить никому, ни одному мужчине.
