Атомный поезд

У неё замечательная фигура, очаровательные ножки, подвижные и сильные интимные мышцы, что встречается крайне редко… И вид главного женского органа необычен: аккуратная щёлка, как у маленькой девочки, только вытарчивающий красный бугорок показывает, что она уже взрослая. А разогревшись, щёлка распускается в прекрасный бутон, как элитная роза… От этих воспоминаний холодный профессионал затрепетал. Оксана действительно замечательная девушка, и он действительно её любил. Но завтра она напрасно будет ждать его и готовиться к новым любовным приключениям. Потому что любовь — это одно, а работа — совсем другое. Очень хорошо, когда они пересекаются, и ничего не поделаешь, когда они расходятся…

Он набрал номер Мусы Хархоева.

— Передай дяде, что племянник выехал, — сказал он и выключил аппарат. Теперь его можно выбросить. Потому что задание выполнено. Достав из шкафа бутылку 12-летнего шотландского «Glen Spey», он повалился в удобное кресло и сделал первый глоток. Мягкая ароматная жидкость обожгла горло и пищевод. Надо было добавить льда, но ему не хотелось двигаться. Он выложился полностью. И сделал всё, что от него зависело. Впрочем, как и всегда. От того, что являлось конечным результатом задания, он всегда абстрагировался, как и технический гений, профессор Лоуренс Кольбан.

Теперь нужно уезжать. Из «Сапфира», из Тиходонска, из России. Маршрут эксфильтрации отработан и не должен вызвать осложнений. Разве что дождаться подтверждения? Нет, к чёрту… Но шевелиться не хотелось. Он слишком устал. В конце концов, всё сработано чисто, он ни в чём не засветился. Так что можно задержаться до завтрашнего утра, выспаться, отдохнуть. А заодно и получить подтверждение, чтобы совесть была спокойной…

Глава 2

Обратной дороги нет

— Нет, товарищ капитан, такое редко бывает, — часовой на КПП почему-то чувствовал себя виноватым.

Атлетические светловолосые парни, прибывшие с особыми полномочиями из Москвы, всерьёз взялись за режим охраны дивизиона. Каждую ночь БТР патрулировал вокруг внешнего периметра, а днём несколько патрулей прочёсывали прилегающие окрестности. В результате местные перестали приближаться к забору ближе чем на триста метров. Даже коровы и козы близко не подходили. Как москвичам удалось этого добиться, оставалось только догадываться.

К тому же Малков и Ломов взяли моду беседовать со всеми обитателями городка — от старших офицеров до рядовых. Задавали самые разные вопросы, расспрашивали о ничего не значащих мелочах. Но все понимали, что без крайней необходимости лучше им не врать. Да и при крайней необходимости — тоже. Себе дороже обойдётся.

— Солдаты в самоволку не ходят, с этим у нас строго, а офицеры — они ведь люди вольные, иногда отлучаются. Обычно на два часа, может, на три.