2
0
Но сейчас давние мечты сбывались! Она сидела в кабинке с красивым и щедрым мужчиной, который был гораздо моложе Сурена и явно превосходил его в утончённости и галантности манер. Стоило ей допить джин, как обходительный спутник тут же заказал новую порцию. Значит, заметил, что горьковатый напиток с необычным привкусом ей понравился.
— Как жизнь семейная? — участливо поинтересовался Василий. — Мне кажется, тут у вас не всё в порядке…
— Это точно, — Оксане хотелось, чтобы её пожалели. — Разве это жизнь, когда я вижу мужа несколько дней в месяц! А остальные дни сижу дома одна. Однажды даже попала в лапы лесбиянки…
— Да ну? — изумился Василий.
Две порции джина на голодный желудок сделали своё дело — девушка незаметно опьянела. Не очень сильно, но движения стали размашистыми, а голос — громким.
— Представьте себе! Жена командира моего мужа, между прочим! Ну, я, конечно, ничего ей не позволила и убежала, но всё же сам факт…
— Факт безобразный! — согласился кавалер. — Но знаете, Оксаночка, это говорит о том, что вы неотразимы не только для мужчин, но и для женщин! Как же муж рискует вас так надолго оставлять?
— Спросите лучше у него, — обиженно бросила девушка. — Он помешан на своём поезде. Он живёт им, дышит им, готов всем пожертвовать ради него. Сегодня я поставила его перед выбором: я или этот поезд! И что, вы думаете, он выбрал?
— Конечно, вас! — неискренне сказал Мачо, но Оксана не заметила ошибки в интонации.
— А вот и нет! Он выбрал свой поезд! И уехал. Сейчас трясётся неизвестно куда…
— Так он проводник?
— Какой там проводник! Он офицер, ракетчик!
— Просто поразительно! А что ж это за поезд?
— Это…
Оксана вовремя сдержалась. То, что рассказал ей Александр, — военная тайна. Хоть она и пьяна, но не настолько, чтобы выбалтывать военные тайны малознакомому человеку.
— Этого я не знаю. Муж и раньше говорливым не был, а сейчас вообще ничего не рассказывает.
Мачо понимающе наклонил голову.
Александр принёс устрицы и шампанское, наполнил специальные фужеры, плоские, как вазочки для мороженого. Оксана с опаской смотрела на половинки шипастых раковин, в которых скользко отсвечивали тела моллюсков. Сурен говорил, что это гадость. Что они живые и пищат, когда их поедают.
— Они правда живые?
— Конечно! — уверенно кивнул Мачо. — Иначе есть их было бы нельзя. Устрицы едят только живыми.
— И они правда пищат?
— Нет. Пищать им просто нечем. Вот, поддевайте этой вилочкой, вот так, полейте лимонным соком, вот этим уксусом и — раз! И сразу запейте шампанским…
Оксана сделала так, как ей советовали.
— Ой, как вкусно!
— Можно будет повторить! — пожал плечами Василий. — Причём легко. А пока…
Повинуясь его знаку, бдительный Александр мгновенно освежил бокалы.
