2
0Он искал свои зубы.
— Поехали, — приказал Степан Григорьевич.
«Более приятным местом» оказалась всё та же самая переименованная в ресторан чайная. Белый джип остановился у крыльца.
— Там друзья этих, — испуганно сказала Оксана. — Ну этих…
— С которыми я дрался, — прояснил вопрос Александр.
— Вот и хорошо, — засмеялся Степан Григорьевич. — Сейчас за беспокойство получим!
Он бодро выпрыгнул из джипа, галантно подал руку Оксане и пошёл впереди, но почти сразу его обогнал Алик. Александр с женой отставали на два шага. В таком порядке все четверо и вошли в гремящий музыкой зал. Там почти ничего не изменилось, только веселья поубавилось — наиболее активные весельчаки приводили себя в порядок на улице, поэтому у блондинок не было партнёров, и площадка для танцев пустовала. Оставшиеся за столом кавказцы то и дело поглядывали на дверь, явно ожидая возвращения соплеменников. Увидев Степана Григорьевича и его спутников, они пришли в замешательство. Хмурые парни в углу приподнялись и почтительно его приветствовали. Навстречу выбежала полная официантка, которая теперь лучилась радушием.
— Добрый вечер, Степан Григорьевич! Вы в зал или в кабинетик?
— Здесь сядем, с народом, — покровительственно отозвался тот.
— Сейчас, я только скатерточку свежую застелю!
— И звук убавь, вы что тут, все глухие? Инвалиды мне не нужны — всех уволю!
Через пару минут Степан Григорьевич и Кудасовы сидели за накрытым хрустящей скатертью столом, а Алик развернул стул и устроился чуть в стороне, внимательно оглядывая зал.
Навязчивая музыка смолкла. Можно было спокойно разговаривать.
— Эта чайная тоже ваша? — спросил Александр.
Степан Григорьевич кивнул:
— Тоже. Я здесь всё куплю. Или почти всё. Надо нормальную жизнь налаживать, а всё связано: завод заработает — без складов хороших не обойтись, потом хочу железнодорожную ветку провести, чтобы вагонами, а не машинами продукцию вывозить. А о человеческом факторе помнить надо? Надо! Карнеги говорил, что для успеха дела заниматься им должны довольные люди. Общежитие для рабочих сделаю, гостиницу для приезжих построю, ресторан в нормальный вид приведу, баню поставлю… А потом думаю в мэры избраться! Как считаешь, Оксана, из меня выйдет хороший мэр?
Сияющая официантка принесла красиво нарезанный арбуз, коробку конфет, бутылку шампанского и пузатую бутылку коньяка. Но это были совсем не те шампанское и коньяк, которые пили офицеры час назад. «Дом Периньон» и «Корвуазье» — французские изыски, на зарплату ракетчика, даже со всеми надбавками, такие не купишь.
— Откуда здесь такие напитки? — судя по тону, Оксана тоже верно оценила угощение. — На столах ничего подобного не видно…
— Мои личные запасы. Гостям их не подают. Да здесь и спроса на такие вещи нет.
