2
0Её горячее дыхание буквально обжигало ступни.
— Что ты делаешь, Ира? — снова засмеялась Оксана. — Я уже засыпаю…
— Давай я тебя раздену и укрою, — Ирина стянула с неё юбку и с вожделением уставилась на крохотные трусики, состоящие из треугольного лоскутка и двух шнурков. — И такого белья никто здесь не носит!
Оксана не отвечала. Она спала. Белова быстро разделась догола и попыталась прилечь рядом, но узкий диван не позволял этого сделать. Тогда она подставила несколько стульев и всё-таки пристроилась, прижимаясь к гладкому молодому телу. Она тёрлась об Оксану, и дыхание её становилось всё более тяжёлым. Прапорщицы-телефонистки, хотя и позволяли достигнуть разрядки, никогда не доставляли ей такого удовольствия. Их даже нельзя ставить рядом с этой девочкой! Всё равно что сравнивать тяжёлое дурное опьянение денатуратом с кайфом от хорошего коньяка!
Ирина целовала гладкую кожу, трогала Оксаниной рукой свою промежность, потом осторожно спустила с неё трусики. И пришла в восторг: под ними всё было чисто выбрито, ни одной волосинки, как у маленькой девочки! Теперь она целовала аккуратные складки между стройных ног, дышала в них, вставляла пальцы в горячее влажное нутро, распаляясь всё больше и больше…
Оксане приснился Тиходонск, игрушечный пароходик, в крохотной каюте которого она занималась сексом с Суреном. Тот целовал её в промежность, но когда она скосила вниз глаза, то почему-то увидела голову Ирины Александровны Беловой… Сон бессвязно и невразумительно плёлся дальше, Сурен залез на неё, и оказалось, что на этот раз он окреп до невиданной ранее мужской силы, он таранил её с таким рвением, что ни о каком ручном пуске и речи не могло быть, прилив сильного оргазма заставил её тело напрячься, она застонала… Но Сурен не унимался и даже причинял ей боль, Оксана недовольно морщилась, обрывки сна растаяли. Она открыла глаза.
Жена полковника Белова, Ирина Александровна, или просто Ира, стояла на коленях у неё между ног и остервенело вторгалась в самое сокровенное место ручкой скалки, которой раскатывала тесто для пирогов! Лицо её было искажено, глаза закатились.
— Что ты делаешь! — Оксана дёрнула ногой и угодила пяткой Ире в лоб. Она отшатнулась и уронила скалку, зато поймала её ступню. Большой палец ноги скользнул в рот Беловой, и она начала страстно обсасывать его, плотно обхватывая губами и постанывая.
— Перестань немедленно! — опьянение отступило, Оксана была шокирована и испугана. — Эй, какого чёрта?
Она резко выдернула ногу и села на диване.
— Ничего, Оксаночка, ничего…
Ирина подалась вперёд, и её огромные, неестественно торчащие груди с возбуждённо торчащими коричневыми сосками приблизились к груди Оксаны. Она отстранилась.
