2
0— А кто ставил ему «тройки» и «четвёрки» вместо «двоек»? Кто вывел отличный балл за практику? Кто распределил его лучше, чем отличников? Где ваша принципиальность?
Он помолчал. Присутствующие опустили головы. Но начальник должен не только критиковать, но и подавать пример самокритики.
— И где моя принципиальность? То есть я хочу сказать, что не снимаю ответственности и с себя! Мы все пошли на поводу у генерала Фалькова и закрывали глаза на факты! А факты таковы: Коротков посредственный курсант, он давно подлежал отчислению! И если бы мы проявили принципиальность, сейчас у нас бы не было никаких проблем!
Офицеры переглянулись. Если бы знать, что появятся такие проблемы, все они обязательно бы проявили принципиальность!
— И этот курсант не был бы допущен к государственным секретам! — продолжал греметь Панков.
Это точно! Его бы выбраковали по здоровью ещё на вступительных экзаменах.
— А что теперь? Мы уже почти выпустили его! Послезавтра мы присваиваем выпускникам офицерские звания и направляем их в войска! Представляете, что было бы, если бы эта телеграмма пришла через неделю?
Майор Котельников вздохнул. Это было бы замечательно. Никаких забот — переслали телеграмму в часть по месту распределения, и пусть у них голова болит!
Генерал осёкся. Он тоже понял, что сморозил глупость. Но на то он и генерал, чтобы не признаваться в своих ошибках. По крайней мере перед подчинёнными.
— Нам надо его немедленно отчислить и уволить из армии! Немедленно! Сегодняшним числом! Майор Котельников, это ваша задача!
Особист пожал плечами.
— Оснований для увольнения нет. Сын за отца не отвечает. Сейчас ведь демократия…
Зам по кадрам кивнул.
— Если бы лет десять назад — другое дело…
Панков подскочил на месте.
— Пусть не за отца отвечает! Пусть за себя отвечает! Он что, святой?
— Да нет, — Котельников вновь пожал плечами.
— Вот то-то! Немедленно соберите материал и подготовьте проект приказа. Действуйте прямо сейчас! Я буду на месте и подпишу приказ в любое время ночи. А утром мы сообщим о принятых мерах!"
"— Совершенно правильно, товарищ генерал, — одобрительно сказал зам по кадрам. И обратился к особисту: — Вы знаете, где сейчас искать этого Короткова?
Котельников сдержал усмешку. Это хорошо, что его считают всезнающим и всемогущим. Тем более что можно позвонить нескольким доверенным курсантам, и они наверняка прояснят обстановку.
— Знаю, — кивнул особист. — Но мне надо кое-что уточнить. Я вернусь через несколько минут.
Компания курсантов, веселящаяся в «Золотом круге», ни о чём не подозревала. Зал наполнился людьми и дымом. Оглушительно гремела музыка, мигали разными цветами многочисленные прожектора, крутился под потолком отбрасывающий блики шар из кусочков зеркал.
