35
0А сейчас, Володя, к тебе еще один вопрос. Ты мне обо всем рассказываешь?
— Мирзо Иванович, как вы можете сомневаться?! Все, что представляет маломальский интерес, вам известно.
— А то, что не представляет маломальского интереса?
— Разве я имею право отнимать у вас время на всякую чепуху?
— Дорогой, если в человека стреляют, это не чепуха. Иди к Нелли, возьми у нее чистой бумаги. И опиши все, день за днем, до того вечера. Пиши, с кем встречался, о чем говорил, что делал. Факты, мне известные, можешь не описывать.
Как только Граф ушел, принесли заключение медицинской экспертизы.
Оставалось последнее. Объявление.
— Нелли, разбудите Золотухина.
Золотухин вначале умылся. И лишь потом пошел к начальнику.
— Георгец раскололся? — спросил Золотухин.
— Нет.
— Вы его допрашивали?
— Нет. — Каиров говорил, как всегда, когда он был раздражен: «Нэт».
Но Золотухин никогда не отличался особым тактом и, казалось, не замечал плохого настроения начальника.
— Не успели?
— Как ты угадал? Не успел.
— Может, допросим?
— Этого нельзя сделать.
Золотухин присвистнул от удивления.
— Не знаю, где уж он хранил цианистый калий. Не могли же его подбросить здесь, у нас! В моем учреждении! Но он принял яд с чаем, предварительно аппетитно позавтракав. Эта деталь настораживает.
— Нужно проверить отпечатки пальцев на посуде, — решительно предложил Золотухин.
Каиров махнул рукой:
— А... Чтобы подбросить яд в чай, не обязательно касаться кружки. Дошкольники такими делами не занимаются. Вот что, дорогой мой Золотухин, пиши объявление.
13В те времена членский билет Общества Красного Креста и Красного Полумесяца являлся документом, вполне остаточным для того, чтобы, взглянув в него, вам выдали корреспонденцию «до востребования».
Два дня спустя, после того как объявление появилось на углу, возле рыбного магазина, что стоит возле колхозного рынка, Золотухин показал девушке с почты, сидящей за широким расколотым стеклом, членский билет Лазарева Юрия Михайловича и вежливо осведомился, не поступало ли что-нибудь на это имя.
Признаться, Золотухин был не в состоянии скрыть удивления, когда девушка приветливо положила перед ним пять писем.
Однако вежливость — прежде всего. Золотухин ответил улыбкой на улыбку девушки с почты. И поспешил к Каирову.
Итак, писем было пять.
Распечатали первое:
«Мы, члены краеведческого кружка школы № 8, прочитав ваше объявление, решили установить с вами контакт, но не на предмет купли и продажи старинных монет и медалей. А для взаимного обмена медалями и монетами...
