27
0Будучи холостяком, Салтыков не стал вешать ковер на стену, чтобы не увязнуть в болоте мещанства, а бросил на пол. И с удовольствием ходил по нему босиком.
Не дойдя до окна двух-трех метров, Салтыков услышал скрип половиц под чьими-то осторожными шагами. Салтыков мгновенно обернулся... Нет. Скрип проникал в комнату из-за окна.
Не прикасаясь к занавеске и стараясь оказаться на таком расстоянии от стекла, чтобы его не увидели с улицы, он вгляделся в окно. Просматривалась часть двора, одичалые кусты самшита, дорожка между ними, угол дома, за которым тянулись сараи с покосившимися дверями, крыльцо с тремя прогнившими ступенями.
Салтыков подошел к столу, где рядом с тарелками стоял телефон. Снял трубку. Вздохнул. Все ясно: телефон не работал.
Повернув ключ в замке, Салтыков распахнул дверь.
Сказал:
— Привет, Зураб! Чего сторожишь меня? Жулье не станет брать комнату начугро. В городе дома и побогаче есть.
— Про ковер забыл, — бодро ответил Зураб, затянулся папиросой, бросил на тропинку.
— Что случилось? — спросил Салтыков, закрывая за ним дверь.
— Телефон у тебя не работает.
— Я им сегодня скандал устрою! — пообещал горячо Салтыков.
Зураб махнул рукой:
— Им не скандал нужен, ты аппаратуру им новую устрой.
— Для этого другие люди есть! — недовольно возразил Салтыков. — Что у тебя?
— Увела она его прямо из-под самого моего носа. Посадила в машину и покатила в сторону перевала.
— Скорее всего, в дом своего деда. Она часто туда ездит. Надо бы дозвониться в местное отделение.
— Пробуют ребята... Но это не все. В час ночи неизвестный гражданин позвонил дежурному и предупредил, что в гостинице «Эльбрус» проживает член тайной монархической организации офицеров Мирзо Иванович Каиров, прибывший в город с террористической целью.
Салтыков взял кружку, нацедил из чайника воды. Отхлебнул и только после этого сказал:
— Ясно. Каиров мешает Дантисту. Вчерашняя попытка убийства оказалась неудачной. Тогда Дантист решил сдать Каирова нам. Отсюда вывод — сегодняшняя поездка на перевал не угрожает жизни Каирова. Тогда бы не было звонка.
Зураб возразил:
— Звонок может быть обыкновенной страховкой. Если не ухлопают его по дороге, тогда пусть берут власти.
4Глядя пристально и твердо, Каиров процитировал:
— Вечером Филарет играл на рояле Шопена. Однако из него такой же музыкант, как из Разумовского дантист.
Виктория не сразу вспомнила строки своего письма. Нет, текст был ей знаком. Но то, что именно эти слова она писала в письме к Валентину, сразу не пришло ей в голову. Она подняла на Каирова синие глаза, сказала как бы из вежливости:
— Продолжайте.
— Я запомнил только это. Писем было много. Целая пачка.
