16
0
— Вы хотите сказать, что он хорошо удалил осколок?
— Я говорю, он вообще чудесный парень, — повторил Виктор.
Она помолчала, подавив горестный вздох. Белый камешек на ее пальце поблескивал во тьме.
— Нет, Виктор. Нет и нет. Он вовсе не отличный. Он плохой и несчастный.
— А зачем он тут?
— Он главный хирург немецкого эвакогоспиталя.
— Значит, он может предать. Сделать операцию и предать.
— Нет, Виктор. Он исполнит все, что я захочу.
— Почему вы так уверены в этом, Ирена?
— Он мой брат, Виктор, родной брат.
Она уронила голову на колени и заплакала.
Было тихо. Где-то в дальнем углу, заставленном косами, граблями и лопатами, — видно, подлинный хозяин этого дома, прежде чем уступить его временным пришельцам, заранее стащил сюда всяческую утварь — робко затрещал сверчок. Лунный свет скупыми полосками проникал сюда через дымоход и небольшое незамаскированное оконце и слегка освещал женщину. Она казалась Виктору печальной. Он постарался сейчас в потемках воскресить каждую черточку ее лица и вздрогнул, осененный внезапным открытием. «Да она же красивая, — сказал он себе, — она очень красивая». Внизу раздавались глухие быстрые шаги: это доктор расхаживал по комнате из угла в угол, почти не останавливаясь, потому что шаги не затихали. Потом послышался дребезжащий телефонный звонок, шаги оборвались, и нервным хрипловатым голосом курильщика доктор произнес несколько фраз по-немецки. Вскоре Большаков уловил скрип двери и щелканье ключа — доктор ушел.
— Пан Виктор, — заговорила Ирена тихо. — Вы можете мне довериться, как другу?
— Разумеется, могу. Только не называйте меня паном. Я просто Виктор, и точка. Ладно?
— Ладно. И меня зовите только Иреной.
— Условились, — согласился он. — Так о чем вы хотели спросить меня?
— Виктор, — торжественно зашептала женщина, — вы можете мне сказать правду. Эту правду будем знать только я и вы. Познань бомбили вы? Пятьдесят три убитых офицера и четверо скончавшихся от ран — ваша работа?
— А само казино? — Большаков приподнялся на постели.
— О! Казино стало для них добрым погребением. От него остались одни стены.
— Это точно? Откуда ты знаешь?
— Брат сказал, — пояснила она, — а брату — немцы. Значит, это ты?
Виктор выпростал из-под одеяла руки, глуховато рассмеялся:
— Какое тебе спасибо за это боевое донесение! Теперь все стало на свое место и мучиться от неизвестности не надо.
— А ты мучился?
— Еще бы! Даже в лесу, сквозь бред думалось: а вдруг промахнулись. Если зря погибли твои боевые друзья — Володя Алехин, Али Гейдаров и стрелок Пашков, кто ты такой после этого, капитан Большаков?
Обхватив руками колени, Ирена жадно вслушивалась в его сбивчивую речь.
