19
0
«Выпрошу у Костенко выходной, — вдруг подумал Новгородский, — Зинку вытяну из ее госпиталя — и двинем куда-нибудь в лес. Наругаемся и нацелуемся досыта!» Эта идея ему так понравилась, что он опять улыбнулся.
Задорина независимо поджала губы и демонстративно отвернулась.
— Во! Видали, Юрий Александрович, какая она у нас! — воскликнул Сажин. — Попробуйте с такой повоюйте!
— А в чем дело?
— Требует немедленного ареста святой троицы. — Сажин ткнул толстым пальцем в объемистую папку, лежавшую на столе. — Припирает меня фактами, материалами следствия.
— Ну что же, — миролюбиво сказал Новгородский, — раз факты убедительны, то надо брать под стражу.
— Правильно! Давно пора! — оживилась Задорина, наградив капитана удивленным, обрадованным взглядом. — Я не понимаю вашей медлительности, Порфирий Николаевич.
— Всему свое время, — рассудительно сказал Новгородский. — Вы хорошо поработали, Надежда Сергеевна. Собранные вами материалы убедительны. Вещественные доказательства обличают убийц с головой. Теперь настало время для ареста.
— А вы откуда знаете? — поразилась Задорина.
— Как же, — Новгородский давно обдумал свои слова, — товарищ Сажин информировал нас о ходе следствия и выполнял наши рекомендации.
— Так вы информировали обо всем областное управление милиции? — Задорина удивленно воззрилась на Сажина.
Новгородский был в штатском, она явно приняла его за кого-то из руководящих работников областного управления.
— Как вам сказать... — Сажин был смущен ее неожиданным вопросом."
"— Какое это имеет значение, — дипломатично сказал Новгородский. — Разве дело в инстанциях? Дело в том, что вы хорошо поработали и преступники будут сегодня арестованы.
— Разве их будут судить не здесь?
— Нет, не здесь. У этих людей есть и другие грехи. С ними пойдет разговор по большому счету.
Задорина пристально посмотрела на Новгородского и вдруг что-то поняла. Даже хлопнула ладошками.
— Подождите, товарищ... как вас... Юрий Александрович... А Стародубцева не вы ли послали к нам?
— Ну, положим, мы. — Новгородский решил быть откровенным.
— Ах вот как... И у вас есть дополнительные данные о преступниках?
— Есть.
— Я теперь все понимаю...
Задорина нахмурилась, помолчала, потом усмехнулась чему-то и неожиданно призналась: — Собственно, я давно подозревала, что рамки дела гораздо шире, нежели их определил для меня Порфирий Николаевич.
Сажин смущенно кашлянул в кулак.
— Или это вы эти рамки определяли?
— И я тоже, — весело признался Новгородский.
— Глупо делали, — обиженно поджала губы Задорина. — Если б я не догадывалась кое о чем... могли произойти большие недоразумения.
