8
0Не проморгать!
Глава одиннадцатая
Максим Каринцев, освободившийся наконец от дел, радостно помчался в Дом моделей к Марине Цветковой. Здесь его знали и без вопросов пропустили в зал художников-модельеров.
— Явление первое: те же и Максим Каринцев, — отметила Марина без особого удивления. — Что означает сие вторжение без звонка и без оправданий? Целую неделю к тебе не могла дозвониться: сказали, что ты живешь в институте и не подходишь ни на какие звонки.
— Разве тебе не объяснили? Я же просил.
— Твои мальчики не очень внимательны. Хорошо, что я догадлива и не сошла с ума.
— Сегодня первый день свободы, — несколько смущенно пояснил Максим. — Начальный опыт удался. Общая радость.
— Водородную бомбу открыл?
— Кое-что другое. Будем радоваться вместе.
— Как?
— Поехали на бега. Хочу посмотреть на лошадок.
Марина нерешительно взглянула на лежащий перед ней карандашный набросок платья.
— У меня эскиз еще не закончен. Лучше порадуемся у меня дома. После бегов. В ресторане не задерживайся. Поужинаем вместе. Кстати, милиция два раза допрашивала меня о твоей карточке.
— Не понимаю. О какой карточке?
— Которую нашли в кармане убитого конюха.
Максим непонимающе заморгал глазами.
— Какого конюха? И почему убитого?
— Понятия не имею, — пожала плечами Марина. — Сначала меня допрашивал один следователь, потом приехал другой. И оба спрашивали об одном и том же. У какого-то конюха с бегов, кем-то убитого, почему-то нашли в кармане твою фотокарточку.
Максим понял:
— Должно быть, у Ефима, который программы мне размечал. Я ее и подарил ему вместе с четвертной с выигрыша. А где он убит? В конюшне?
— Не знаю.
— Лошадь убила?
— Нет, кажется. Судя по разговору со следователем, человек. Его-то и разыскивают.
— А тебя почему допрашивали?
— Потому что я с тобой знакома. Твоя ведь карточка.
— Все узнаю у Зойки. Она, конечно, в курсе, — сказал Максим.
* * *На ипподром Максим прибыл уже в разгар состязаний. Оживление на трибунах достигло своего апогея, в холле центральной трибуны шла обычная суета, в ресторанном зале то и дело освобождались и занимались столики. На противоположном табло за кругом показывались уже немалые выдачи, в ложах и на открытых площадках толкались завсегдатаи. Максим приметил знакомые фигуры известных журналистов, художников, актеров. Зою он нашел в кассе.
— Давно не виделись, Максим, — обрадовалась она, — поспеши: немногие, но знающие разыгрывают шестую. Не упусти. Есть смысл рискнуть. Крупно играют.
— Кого?
— Лебядкина на Ласточке. Шанс есть.
— Пропущу. Меня вот что интересует. Что с Колосковым?
— Ничего. Похоронили.
— Я же ни черта не знаю. Что произошло?
— А что с людьми происходит, когда их убивают? Помер.
— На ипподроме убили?
— Нет. Где-то в лесу.
