8
0Он и спросил:
— А где мне повидать Плешина?
— В больнице он. Пятьдесят первая, — подал голос Володька. — Аппендицит у него.
— Давно лег?
— Третий день уж лежит.
Придется поехать, решил старший инспектор. Но еще на ипподроме не все было закончено. Он записал фамилии опрошенных и пошел через поле к трибунам.
* * *А кто может опознать человека на фотокарточке, найденной в кармане убитого? Ни в управлении, ни в конюшнях его не опознали. Посоветовали у кассирш спросить: может быть, завсегдатай? День был небеговой, и кассирш Саблин нашел в буфете.
Кассирш было трое. Они пили кефир, закусывая его бутербродами с сыром. Взглянули на него с любопытством: что понадобилось от них франтоватому милиционеру с погонами капитана?
— Я из уголовного розыска, — отрекомендовался он.
— Ого! — сказала одна. — Чем можем помочь мы господину Мегрэ?
— Только мы никого не убивали, — откликнулась другая.
Третья смотрела выжидательно, молча отхлебывая кефир. Саблин вынул фотокарточку:
— Не узнаете ли вы этого джентльмена? Может быть, примелькался вам на трибунах?
Кассирши долго и пристально всматривались. Но ни одна из них его не признала.
— Разве запомнишь их, мелькающих у окошка кассы. Может быть, игрок, может быть. Только не из тех, кто нам уже надоел.
Молчавшая кассирша, допив кефир, вдруг вспомнила:
— А вы у Зойки спросите. Она придет сейчас. По-моему, это ее клиент.
Зоя Фрязина, лет двадцати пяти на вид, высокая, синеглазая, с круто взбитой платиновой прической, отчего она казалась еще выше, красивая даже в сером рабочем халате, действительно входила в буфет.
— Поспеши, Зоя, — не очень дружелюбно позвали ее кассирши. — Тобой МУР интересуется.
— Почему бы это? — спросила Зоя. Даже нотки удивления не было в ее голосе.
Саблин протянул ей тот же фотоснимок.
— Узнаете? — спросил он.
— Откуда у вас эта карточка? — нахмурилась Зоя.
— На работе спрашиваю только я. А я на работе, — настойчиво повторил, как и ранее в тренотделении, Саблин.
— А если я не отвечу?
— За отказ дать свидетельские показания я могу вас привлечь к ответственности.
Такой оборот разговора кассиршам понравился. Они даже зааплодировали.
— Не трещите, бабы! — оборвала их Зоя и обернулась к Саблину: — Вы шутите?
— Нет.
— Так что же я должна засвидетельствовать?
— Вот эту личность, — Саблин еще раз предъявил фото.
— Не вам чета. Тридцать лет — и уже доктор наук, Максим Каринцев. Старший научный сотрудник Института новых физических проблем.
— Игрок?
— Я бы не сказала. Играет нечасто и не в каждом заезде. Лошадей знает и редко проигрывает.
«С вашей помощью?» — хотел было спросить Саблин, но не спросил. Зоя сама сказала:
— Я не размечаю его программы. Это делает кто-то другой с ипподрома. Либо конюх, либо наездник.
