Моя специальность — физика плюс математика. Когда я есть гость Москвы, мои мысли не о политике, а о Ландау и Капице, Семенове и Келдыше. Эти люди принадлежат всем народам. Вы будете согласны со мной?..
— Когда я ем, я глух и нем. У русских есть такая поговорка, — ответила Елена. — Давайте пить и закусывать…
— Да, да, — подхватил Серго, — пить и закусывать. Я хотел бы поднять этот маленький бокал…"
"И он обрушил на иностранца целый каскад тостов. Один из них был за Германию Гёте и Гейне, Маркса и Тельмана. Зильбер аплодировал.
— То есть прекрасный тост.
Разговор снова вернулся к Архангельскому.
Иностранец был достаточно осведомлен обо всем, что касалось истории Юсуповского дворца, событий, когда-то происходивших в этом живописном уголке Подмосковья.
— Вы так много знаете, — удивилась Елена.
— То есть маленькое преувеличение. Я имею скромный багаж знаний. Но я много читал о России, люблю ее писателей.
— Кто из них вам больше всего по душе? — спросила Елена.
— Из всех русских писателей, которых у вас называют классиками, я больше всего люблю Толстого.
От Толстого Эрнст Карлович как-то незаметно перешел к современной русской литературе, по аспиранты разговора не поддержали. Они что-то нежно нашептывали друг другу. Зильбер тихо сказал Марине:
— У нас очень популярны русские интеллигенты-правдолюбцы.
— Оригинально. Интеллигенты-правдолюбцы. Кто же у вас ходит в правдолюбцах?
Эрнст Карлович назвал несколько фамилий и, между прочим, фамилию того самого поэта, который, по словам Николая Бахарева, числился в его друзьях.
— Любопытное совпадение. Молодой человек, с которым я вчера была в ресторане, сам поэт и друг того поэта, которого вы назвали…
— То есть приятное совпадение.
Марина пристально посмотрела на иностранца:
— Что же, пожалуй.
— Да, да. Конечно. Обязательно. Я буду просить прощения за свою забывчивость. Как видите, у меня не есть такая хорошая память. Приготовил для вас газету и в последний момент оставил ее в номере.
На улице уже стемнело, когда Зильбер с Мариной поднялись из-за стола.









