8
0
— Зачем ты ко мне притащился? — спросил Климович. — Полгорода на метро ехать. Ведь ты даже не знал, что Андрей у меня живет.
— Моя удача, — отмахнулся Одинцов. — По крайней мере товар увидел и цену узнал.
— А что молчишь? Цена не нравится?
— Почему? Для комиссионных отличная.
— Если покупатель найдется.
Одинцов ответил не сразу. Два огромных зрачка его не подсказали мысль. Только пухлые губы скривились в улыбке.
— Вот я и думаю о том, что выгодно мне.
Последнее слово он подчеркнул в недружеской интонации. Перед Климовичем сидел не сообщник, а конкурент.
— Не рано ли раскрываетесь, Лев Михайлович? — сказал Климович. — Что ж получается? Свой своего за рублевку продаст.
— А если куплю я, за что вам комиссионные платить? Еще древние римляне говорили: хомо хомини люпус ест. Ты латыни не изучал, так переведу. Человек человеку волк. Вот и все, уважаемый.
— Латыни я действительно не изучал. Но по-русски тоже изреченьице есть: с волками жить — по волчьи выть. И если двое выходят из игры, банк снимает третий. Я не личность имею в виду, а ведомство.
— Понял. Что ж, и втроем поиграть можно…
— Без экспертизы не поиграешь.
— А если найдется?
— Гайки подкручиваете. У вас таких денег нет. Ни в кармане, ни в сберкассе.
— Но эксперт имеется. И комиссионных не потребует.
Климович задумался. Кого Лысый имеет в виду? Безухова нет в Москве. Жук в свалку не полезет. Может быть, Король? Но Корольков после отсидки зимой и летом на даче прячется. Если и фарцует, то по-крупному и только наверняка. У Лысого связь с ним есть. Наверняка есть. Но возьмется ли он?
— Не возьмется. Слишком запуган, — подумал он вслух.
— Ты о ком? — вздрогнул Одинцов."
"— О Короле. Вы только о нем и думаете.
— О ком же еще? Фирмач отменный. И доскарь к тому же. Если заинтересуется, лучшего эксперта по иконописи даже искать не нужно.
— Есть только одно «но», Лысый… — Климович нарочно прибегнул к кличке, чтобы подчеркнуть их равную профессиональную ценность. И сделал паузу, чтобы проверить, как примет ее Одинцов. Но тот либо не заметил, либо сделал вид, что не слышал. Только спросил недовольно:
— Чего тянешь? Какое «но»?
— А не продаст?
— Этот своих даже за тысячу не продаст.
— А если за пять или десять?
— Надбавка в перепродаже естественна. Хоть для своего, хоть для чужого.
— Я о другом говорю. Если он в перепродаже валютой возьмет…
— Нам-то что? С нами он по-свойски рублями расплатится. И для твоего Андрея рубли у него найдутся. А сам пусть фунты или доллары копит. Не страшно.
Климович опять помолчал. Ему было страшно.
— Рисковое дело, — наконец сказал он. — В сообщники попадем.
— Не бей в колокола раньше обедни. Эксперт по доскам нам все равно требуется. Вот и заедем к Королю в Ашукинскую.
