18
0
— Но когда и как сообщить? Я обычно всегда с ним и работать на рации без него не могу.
— Сейчас же, немедленно, пока его нет, нужно передать шифровку.
Анна взяла лист бумаги. Реслер стал диктовать. В телеграмме от имени Анны сообщалось, что она серьезно подозревает Вальтера Шульца в предательстве и предлагает парашютистов направить не к Махмуд-беку, а к друзьям Реслера, с которым встретилась в Тегеране. Она указывала координаты места, где “гости” из Берлина могут приземлиться. Реслер обеспечит их укрытие в Тегеране. Ответ Анна просила передать шифром, который известен Реслеру, по берлинской радиостанции в промежутках между обычными радиовещательными передачами на следующий день.
— Ну, я поеду, — сказала Анна, составив шифровку.
— Поезжай. Я зайду потом узнать, все ли благополучно. Вальтеру и вида не показывай, что подозреваешь его. Потом мы с ним расправимся.
Идя к дому, Реслер то и дело отвечал на почтительные поклоны правоверных мусульман. Он настолько привык к этому, что принимал знаки внимания незнакомых людей как должное.
У особняка, утопавшего в зелени сада, обнесенного узорчатой решеткой, Реслер остановился и нажал кнопку электрического звонка.
— Дома агаи Баят? — спросил он слугу, войдя в вестибюль.
— Он у себя.
Баят — крупный тегеранский домовладелец, популярный общественный деятель, был когда-то депутатом меджлиса, убежденный противник англичан. На этой почве он сошелся с немцами. Баят был связан с Реслером задолго до вступления союзных войск в Иран. Реслер первое время скрывался у своего друга в Кередже под Тегераном, потом перебрался к Баяту. Тот поселил его у себя в доме.
Переодевшись, Реслер пошел к Баяту.
Домовладелец поднялся ему навстречу. Баят был широкоплеч и высок и выглядел довольно бодро, несмотря на свои шестьдесят лет и пряди седых волос в черной шевелюре. Молодили его карие искристые глаза.
— Агаи Баят, очень важное и срочное дело. Могли ли бы вы укрыть несколько гостей из Берлина? — прямо спросил Реслер.
Баят ответил не сразу.
— Я понимаю, что они прибудут с серьезной миссией. Для меня это связано с большим риском, но вы знаете, Реслер, чтобы насолить англичанам, вековым угнетателям моей страны, я готов на все. Гостей можно укрыть на моей даче в Шимране. Для поездок в город вместительный “крайслер” будет в их полном распоряжении. Могу субсидировать эту операцию.
— Спасибо, агаи Баят, но думаю, нужды в деньгах гости испытывать не будут.
