Антология советского детектива-1

На носу одной из них на железной подставке горел костер. Во второй висел на шесте медный поднос. В обеих лодках сидели охотники из местных крестьян. Югансон, Илья и Киреев прыгнули, но усадить хозяина оказалось не так просто. Стоило громоздкому и неповоротливому Дохуде наступить на край лодки, как борт погружался в воду. Проклиная все на свете, Дохуда отскакивал назад и уговаривал гостей ехать без него.

— Нет, черт побери, без вас не поедем, — настаивал Югансон.

Наконец из лодки выскочил охотник и перенес Дохуду на руках.

Озеро было застлано предрассветной дымкой.

Лодки двинулись к камышовым зарослям, лодка с костром — впереди. Кругом царила мертвая тишина. Еле слышалось поскрипывание уключин. Но как только лодки нырнули в заросли, один из охотников стал бить по медному подносу куском автомобильной шины. Камыши наполнились глухим гудом, который спугнул спящих уток.

Встревоженные птицы поднимались и летели на огонь, кружась вокруг костра, горевшего на носу лодки, как мотыльки у фонаря. В это время охотник, стоявший у костра, ловил их сачком. Закладывал пойманной утке одно крыло за другое и, кинув на дно лодки, принимался ловить следующую.

Скоро лодка с костром была полна утками. Гребцы повернули к берегу. Гости удивленно глядели на необычную охоту и расспрашивали, больше всех басил Югансон. Помещик был доволен, что охота произвела на гостей впечатление.

— Когда я учился в Петрограде, во время каникул отец взял меня с собой на охоту. Ехали большой компанией. Среди нас была очень важная персона, и поэтому нам разрешили охотиться в угодье великого князя Николая Николаевича… — начал было вспоминать Киреев, но Югансон перебил его:

— Такой охотой, как сегодня, можно хорошо заработать.

 — Он рассматривал убитых уток, смеялся, шутил и так и не дал Кирееву закончить рассказ.

Уже приближаясь к дому, Киреев спросил Дохуду, подготовил ли он людей. Дохуда обещал представить двоих после завтрака.

= Это бывалые люди, один из них тот, что ловил уток сачком. На лету могут комара подковать, как говорят у нас, — улыбнулся Дохуда.

Через два часа серый “оппель” поднимался по узкому шоссе, опоясавшему несколько раз высокую гору, покрытую редким кустарником.

Справа под облака уходили крутые склоны. Слева скалы обрывались в глубокое ущелье. На дне его шумела быстрая река, тащившая по течению массу мелких камней.

“Оппелем” правил Киреев, Илья сидел рядом, а Югансон — на заднем сиденье. Неимоверно коверкая персидские слова, он инструктировал двух исполнителей по осуществлению диверсии на этом участке. Звали их Курбан и Реза.

Лицо у Курбана было длинное, плоское и неподвижное. Тонкий продолговатый нос, узкая полоска бесцветных губ, торчащие в стороны скулы.