18
0Вы знаете, что профиль пути местных шоссейных и железных дорог сложен…
Дойдя до стены и повернув обратно, Канарис обратил внимание на то, как внимательно и заинтересованно слушает его молодой офицер. Адмирал невольно замолчал и, взглянув в умные, с хитринкой глаза Ильи, подумал о том, что еще несколько таких офицеров, как этот, были бы неплохим подспорьем Миллеру, перед которым поставлена очень серьезная и трудная задача.
Спохватившись, Канарис стал припоминать, на чем остановился.
Почувствовав это, Миллер услужливо подсказал:
— Одна трансиранская железная дорога, пересекающая страну, имеет более двухсот тоннелей и несколько тысяч мостов.
— Да, да, если вывести из строя хотя бы одну пятую часть этих сооружений, мы надолго затормозим осуществление планов противника, — продолжал Канарис. — У нас уже есть необходимое количество взрывчатки, есть люди. Занимаются подготовкой операции известные вам майор Югансон и инженер Киреев. Этот русский хорошо знает взрывное дело, но он плохой организатор. Никак не может привести все в такое состояние, чтобы по первому сигналу намеченные сооружения взлетели бы в воздух.
— Экселенц, я приложу все силы, чтобы оправдать оказанное мне доверие.
Адмирал опять внимательно посмотрел на Илью. Он определенно ему нравился. Канарис вспомнил, что и во время встреч в Берлине он обратил внимание на то, что капитан выгодно отличался от своих сверстников в абвере, дубоватых солдафонов, эрудицией, энергией и тактом.
— Познакомьтесь с Киреевым, он предупрежден, и не медлите ни одного дня. Только не называйте себя Кирееву.
"— Я его не знаю, экселенц.
— Через некоторое время проинформируйте подполковника Миллера о ходе подготовки операции. Вы должны работать в полном контакте. Подполковник выполняет первую часть общей задачи. Он должен привести к власти в Иране людей, которые организуют отпор большевикам с нашей помощью. Ваша с Югансоном работа будет содействовать этому.
На следующий день Илья отправился к Кирееву.
— Герр Бабах, рад с вами познакомиться. Заходите, пожалуйста, — встретил его Киреев. — Раздевайтесь, милости прошу, слуг я всех отпустил. Полагаться на местных людей опасно. Разболтают, кто приходил, да еще подслушают, о чем говорили.
Киреев был сухопар, жилист, с редкими рыжеватыми волосами, старательно зачесанными набок.
Илья вошел в комнату. Сразу бросалось в глаза желание хозяина сохранить в убранстве что-то русское. Получилась же разнородная смесь.
